-Tá sé seo iontach! – вырвалось помимо воли. МакДональд хихикнула, – надеюсь, ты сейчас не выругалась?
- Нет, я сказала, что это прекрасно, лучше праздника просто быть не может!
За ужином места Мародеров пустовали, но на это мало кто обращал внимания. Лили допивала чай с таким видом, словно так и должно быть, а я не решалась заговорить с ней в присутствии Марлин, голос которой до сих пор эхом звучал у меня в голове.
«Тебе этого не понять, Уизли!».
Жаль, что я не стала ее догонять, чтобы хоть немного вразумить. Да и был ли в этом смысл? Марлин так слепо презирает меня, что любые мои попытки поговорить с ней могут закончиться чем угодно, начиная с истерики, заканчивая дуэлью.
«Ты никого не теряла!». Смешно и больно. Даже Мэри я не рассказала целиком всю правду, про Министерство и Сириуса, о том, как отец убил маму, защищая меня. Единственный, кому я смогла бы открыться, отвернулся от меня, решив, что я его предала.
- Ты идешь? – оборвала мои размышления Мэри. Я с благодарностью посмотрела на нее и кивнула, мечтая поскорее забыться сном. Желудок был приятно наполнен едой, и веки и без того уже тяжелели. Несколько часов здорового, спокойного сна и я снова смогу думать о чем-то еще, кроме Сириуса и Марлин.
Мэри шла молча, изредка поглядывая в мою сторону. Что ж, похоже, разговора на запретные темы мне сегодня не избежать. Хорошо, что Лили убежала на традиционный обход старост, а Алиса торчала в библиотеке с самого обеда, забыв обо всем на свете, в том числе и про ужин.
- Как думаешь, где пропадают Мародеры сейчас?
- Тебя же не волнует тема «Ордена Феникса»?
- Да, но, – покраснела подруга, – все же…
- Не знаю.
Сердце предательски дрогнуло. А, ведь действительно, где эта неразлучная троица? Неужели Дамблдор отправил их на задание? Чушь, – попыталась успокоить я себя, – они просто решили развлечься.
В комнате царил приятный полумрак. Растянувшись на кровати, я попыталась расслабиться. Мэри снова попыталась развеселить меня болтовней, но вскоре затихла, увидев, что я не в настроении. Так мы и начали этот вечер: я лицом в подушку и МакДональд, сортирующая свои вещи.
Я уже почти уснула, как вдруг услышала откуда-то снизу глухой стук. Решив не обращать внимания, я крепче зажмурилась, пытаясь поймать ускользающую дремоту, но ничего не вышло. Стук снова повторился, на этот раз сильнее.
Сев в кровати, я увидела заспанную Алису, которая, зевая, выглядывала из-под одеяла.
- Что происходит? – пробормотала она.
Мэри отложила в сторону стопку пергаментных листков.
– Не знаю, но, похоже, это в Гостиной.
Радуясь, что уснула в чем была, я первой вскочила с кровати, вышла в коридорчик и направилась к винтовой лестнице.
- Подожди! – услышала я в спину голос Алисы, но не остановилась.
Определенно, источник шума находился в Гостиной, и теперь казался подозрительно знакомым. На площадке второго этажа Алиса, успевшая надеть халат, и Мэри догнали меня, и мы уже втроем смотрели вниз на расшумевшихся Мародеров.
Сначала показалось, что они просто пьяны. Сириус сидел на полу, прислонившись спиной к дивану, Ремус, слегка покачиваясь, загораживал его, и Джеймс, который тяжело дышал, словно после быстрого бега, сидел в кресле.
- Что здесь происходит? – Лили, словно оранжевая молния, вбежала в гостиную, вернувшись с обхода. Ремус на всякий случай отступил на шаг, опасаясь ее гнева.
- Вот черт! – выругалась Мэри и первой бросилась вниз по лестнице.
Лицо Сириуса было залито кровью. Сверху это казалось особенно жутким. Алиса тоже поспешила вниз, на ходу пытаясь наколдовать бинты.
- Что случилось? – Лили уже трясла Джеймса, но тот лишь мотал головой. Очки его были сломаны, а на носу ссадина, но он выглядел куда лучше своего друга, над которым уже колдовала Алиса. – Окулус Репаро!
Нужно спуститься, нельзя оставаться в стороне, ни в коем случае! Закусив губу, я считаю ступеньки и оказываюсь внизу, не решаясь подойти ближе. Вид избитого Сириуса пугает меня, еще больше пугает его возможная реакция на мое присутствие. Но Блэк молчит. Алиса пытается убрать кровь с его лица, но она продолжает течь алыми струйками из разбитого носа, заливая рубашку.
- Лили, нужно зелье, я не могу, – дрожащим голосом пробормотала она. Эванс, обнявшая Джеймса, взмахнула палочкой, и через пару секунд мимо моего уха, слегка задев волосы, пролетел небольшой флакончик, наполненный зеленоватой жидкостью.
- Ремус, – окликнула я единственного, кто, похоже, мог дать нам вразумительный ответ, – что произошло?
Люпин сел рядом с Блэком, слегка касаясь его плеча. Он был бледен, как и всегда перед полнолунием, на лбу блестели капельки пота, а во внешности появилось что-то волчье.
- Пожиратели Смерти. Они каждую неделю собираются в Хогсмиде в «Кабаньей голове». Дамблдор попросил нас проследить за ними. Все было нормально, мы были под Мантией-Невидимкой, но потом их стало слишком много и в один момент он, – Рем указал на Сириуса, – задел одного из них. Случайно. И нам пришлось бежать. Очень быстро.
- И что, оно стоило того? – гневно спросила я, – вы могли погибнуть. Вы всего лишь школьники!
- Мо, – наконец, обрел дар речи Джеймс, Лили одернула его, но он не остановился, – Мо, это было важно. То, что мы узнали, спасет много жизней! Пожиратели готовили нападение на магглов в центре Лондона, ты хоть понимаешь, сколько невинных людей могло погибнуть?
В глазах потемнело от злости, от собственного бессилия и от осознания того, что Поттер прав. Сириус смотрел на меня, без обычного презрения, но и сейчас его лицо не выражало никаких эмоций. Алисе, наконец, удалось остановить кровь, и все, что напоминало о прошедшей схватке – это припухший нос и разорванная рубашка.
- Извините меня, – бормочу я, не в силах выдержать его неожиданного внимания. Стараюсь не бежать по лестнице, слушая звук своих шагов. Никто не останавливает меня, никто не бежит за мной, и я даю волю слезам, не чувствуя никакого облегчения.
За завтраком никто особенно не разговаривал. Я поглощала овсянку с невероятной скоростью, почти не чувствуя вкуса. Уроки уже закончились, и у нас был последний свободный день перед экзаменами, но после вечерних событий я меньше всего хотела находиться в чьей-либо компании. Можно было взять пару книжек и затеряться где-нибудь в зарослях у Черного озера, или в прохладной библиотеке. Но, наверное, лучше оставить голову легкой и не пытаться впихнуть в нее больше знаний, чем уже есть.
Закончив с едой, я встала из-за стола и направилась к выходу из Большого Зала, поймав на себе пару взглядов со стороны слизеринцев, в том числе и Риддлера. Никто из учителей не знал о его нападении на меня в Хогсмиде, но с тех пор он периодически поглядывал на меня так, словно готов откусить от меня кусок мяса. Впрочем, это меня мало волновало, никто в здравом уме не попытается повторить в школе то, что он пытался сделать со мной, а я предусмотрительно перестала появляться в укромных уголках замка в одиночестве.
Дверь слегка приоткрылась, и я столкнулась нос к носу с Мальсибером. С того момента, как я видела его в последний раз, он значительно вытянулся в росте, черты лица погрубели, а короткая стрижка сменилась длинными волосами, собранными в хвост.
- Соскучились по мне? – хмыкнул он, увидев мое замешательство. Со стороны слизеринского стола послышались радостные крики. Слегка толкнув меня плечом, он направился к друзьям, где Риддлер уже светился от радости при виде друга, а я же не могла оторвать взгляда от побледневшей Мэри, которая не сводила потрясенный взгляд со своего мучителя.
Решительно выдохнув, я вернулась обратно за стол.
- Я тебя не оставлю, – шепнула я МакДональд.
- Я тоже, – поддержала меня Алиса. – Что он вообще здесь делает?
- Дамблдор разрешил ему сдавать экзамены в школе, – подала голос Лили, – он считает, что Мальсибер достаточно исправился.