- Просто сегодня четверг, а у нас же по четвергам, - продолжала тараторить Саша, и я уже знала, что вставить в этот поток слов, пока она не выговорится, хоть самый крошечный звук, будет невозможно. Поэтому зажала трубку плечом, складывая свои вещи и краем глаза, наблюдая, как тянуться мои вечерние студенты, покидая кабинет.
- Охранник-то нас пустил, но я смотрю уже к шести, а тебя всё нет…
Неудивительно, что я забыла напрочь про занятия. Сумасшедший день полностью поглотил меня своими заботами, плюс, раньше в это время я была уже свободна, но проект «Доступное образование» и вечерники, как раз встали в то время, когда я вела занятие.
Группа была маленькая, всего пять человек. Все женщины, почти за сорок, и все умницы и красавицы, тоже с удовольствием выкраивали в своих графиках время, чтобы отвлечься от серых будней и немного пописать на разные темы.
Раз в неделю, мы встречались в студии, в старом ДК, рядом с моим домом, где получилось арендовать помещение за очень символичную плату. Я на оборудование потратила в разы больше, но что не сделаешь ради любимого хобби. И впервые в жизни мне не хотелось на занятие.
Мизинец ныл весь день, не переставая, потому что в институте всё же пришлось переодеть туфли, которые я тут же скидывала, когда садилась за стол, и лекции сегодня вела преимущественно сидя. К боли в ноге прибавилась головная, и было такое ощущение, что все события, произошедшие с утра, были два дня назад, настолько мой день растянулся.
А ещё, левый чулок, норовил устроить диверсию, и сползти, отцепляясь силиконовым краем от кожи, и один раз ему даже это удалось, благо всё произошло в перерыве, и я смогла поправить этого саботажника. Но каждый раз теперь я чувствовала малейшее поползновение тонкого капрона по коже, с ужасом представляя, как встану из-за стола, во время лекции, а там, на левой ноге болтается спущенный чулок.
И причин, вести пары, сидя, сегодня, прибавилось.
Позорится по такой ерунде, не хотелось, да и не хватало ещё, и за это выслушивать выговор от Никитичны. С утра, как я не старалась, я попалась ей на глаза и получила выговор, за внешний вид, не подобающий преподавателю, а это всего лишь были кроссовки на ногах.
Выкроив время, я всё же дозвонилась до мамы, но она разговаривала сухо, и даже не мучила меня своими нотациями, что говорило о высшей степени обиды.
Олег, сделав небольшую паузу, после того как я отшила его, оклемался и начал строчить длинные философские послания мне в мессенджер, после третьего «…жизнь такова, какова она есть…» и так далее и тому подобное, я кинула его в ЧС.
Василина сегодня была без настроения и недовольно бурчала на любое моё замечание, и я от неё отстала, сама, честно говоря, не стремясь к задушевным разговорам.
Но самым неприятным был холодный взгляд Илюши, и то, как меня это цепляло.
Я сто раз за день, одёргивала себя, начиная мысленный оправдательный диалог перед ним. Сто раз напоминала себе, что я ничего ему не должна и ничем не обязана, и всё равно погрязала в этой холодной синеве, которой он пронизывал меня, после того как, я отшила Олега.
Не получалось ни отвлечься, ни переключиться. Неприятное чувство фоном свербело в груди, вплоть до самой пары у вечерников, где он даже не посмотрел на меня, выбив этим из колеи окончательно. Словно не было ничего между нами, ни ночи той сумасшедшей, ни поцелуев волшебных, и моя поехавшая от этого мальчика крыша мне тоже привиделась.
А с другой стороны, если он такой инфантильный и обидчивый, то туда ему и дорога. Я всё равно не собиралась развивать с ним никаких отношений, но, чёрт возьми, как приятно было греться в жаре его обожания, а сейчас я для него пустое место.
Соберись, Миронова!
У тебя вон группа простаивает, а ты про мальчика своего.
Ученицы мои, конечно, лапочки и умнички, но так-то за занятия уплачено, и динамить их, совсем уж без веской причины не стоит.
- …девочки разволновались, - щебет в трубке, не утихая, Саша, а я, за это время, успела и переобуться в благословенные кроссовки, и сумку собрать, и проводить тоскливым взглядом широкую спину Ильи, когда он вышел, не прощаясь, а Саша всё тараторила, – …а я говорю им, что ты просто опаздываешь, тем более ты нам натурщика обещала. Мы все в предвкушении!