– Я тебе много раз говорил, что так всё и было. Да только ты это услышать не хотел! – беззлобно проворчал Фланаган-старший. – Может, ещё тогда время не настало… Вот теперь, видишь, сам убедился, что в тебе и кровь Волшебного Народца течёт, не только моя.
– Поверишь тут, когда у тебя когти вырастают, – фыркнул Шон, передёрнув плечами. – А у неё… тоже когти были?
– Были…
– И ты не испугался? – изумился Рыжий.
– Ну, парень, скажешь… Настоящего мужчину красивой женщиной не напугаешь! Даже если у неё когти… – отец рассмеялся, так что лучики морщинок разбежались от уголков глаз, а потом добавил тихо и мечтательно, – я их и не замечал, эти когти. Она была такая… Ты говоришь, неужели ты всё ещё надеешься… А я не могу по-другому, Шонни! Потому что если любишь, не можешь иначе, будешь годами ждать, всю жизнь будешь ждать. И никак иначе!
– Я понимаю, – грустно кивнул Шон. – Я бы Шанну тоже ждал, хоть сто лет ждал бы…
– Вот что, парень! Никуда мы с тобой отсюда не поедем! – Донал вдруг решительно поднялся, отряхиваясь от пыли. – Я пойду к Молоуни и поговорю с ним.
– Не надо, отец, только хуже будет! – подскочил испуганно Шон.
– Нет, хуже не будет, – покачал головой рыбак. – Хуже будет, если я ему позволю распустить по деревне грязные слухи. Не бойся, я не собираюсь его бить или ссориться с ним. Но… я надеюсь, что смогу быть убедительным. Пожелаешь мне удачи?
Отец лукаво подмигнул.
– Удачи! – вздохнул Рыжий.
– Я скоро… А ты запрись в доме и никого не пускай, пока я не вернусь!
Шон смотрел отцу вслед, пока тот не исчез из вида, потом скрылся в доме, задвинул засов, как Донал велел, и стал ждать его возвращения. Время тянулось невыносимо медленно.
***
9 Эй, мистер!
Прошлое
Негромкий стук в дверь заставил его вздрогнуть.
– Шон, это я… – услыхав знакомый голос, Рыжий выдохнул с облегчением и дёрнул задвижку.
Однако достаточно было одного взгляда на отца, чтобы понять – рано он обрадовался.
Понурый, сгорбившийся, потемневший Донал молча переступил порог, тяжело уселся на скрипнувший под ним стул и со вздохом взялся набивать свою трубку.
Шон тоже помалкивал, смотрел на отца тревожно, ждал, когда тот сам заговорит. Но Донал лишь мотнул головой угрюмо.
– Достань-ка там… в шкафчике… и кружку…
Шон метнулся пулей, принёс пузатую бутыль, поставил на стол, снова замер напряжённо.
Наконец, не выдержал:
– Ну? Что сказал отец Шеймус?
– Ничего не сказал… – Донал заглянул в кружку и осушил её залпом. – Упокой Господь его душу!
Шон открыл рот и едва не сел на пол мимо табурета.
– Отец… – испуганно прошептал он.
– Нет, нет! Ты что это придумал? – взгляд отца сверкнул из-под насупленных бровей. – Я его и пальцем не тронул. Он, к счастью, был уже мёртв, когда я там появился… Я подхожу к церкви, гляжу, народ столпился, лица перепуганные… Думаю, ну, видно, наш святоша успел им уже про тебя набрехать… Ладно, думаю, сейчас всё всем разом и объясню… Подхожу ближе, а он лежит там, на телеге… Колум его довёз на своей…
Шон сжался, обхватив себя руками, пытаясь осознать то, что говорил отец. Сейчас бы обрадоваться… Ведь теперь им нечего бояться, и уезжать не надо, не придётся бросать Шанну, никто не станет его травить, никто не узнает о том, что такое Шон Фланаган на самом деле. Но в сердце Рыжего не было радости, лишь жалость к мёртвому и колючая, едкая горечь, а потом пришёл страх…
Шон вскинул испуганный взгляд на отца.
– Я его не трогал! Пап… Клянусь, это не я! Это не я!
– Тише, тише, парень! Ты чего? – старший Фланаган едва не выронил трубку. – Я разве же тебе в укор? И в мыслях не было! Я знаю, что ты тут ни при чём. И, к нашему с тобой счастью, кончился наш святой отец на глазах у человек двадцати, не меньше. Потому… никто тебя не обвинит!
Шон от этих слов немного успокоился, хотя ему по-прежнему было не по себе.
Но тут отец добавил уже не так уверенно, покосившись виновато на сына:
– Надеюсь… не обвинят. Скажи, кто-нибудь видел, что ты приходил в церковь к Молоуни?
Шон отрицательно замотал рыжей головой.
– Точно? Никто? Это хорошо, это очень хорошо, – отец снова потянулся к своей кружке. – Может, тогда и обойдётся…
– Я, правда, ничего ему не делал, только оцарапал… – напыжился Рыжий.
– Я тебе верю, сынок, – серьёзно кивнул Донал. – Но… тут такое дело… Очень уж странная смерть нашла нашего святошу. Нечистое дело… Зная, что про нас болтают, как бы и к этому Фланаганов не приплели. Очень может быть, что умереть Шеймусу помогли…