– Выходи за меня, – вдруг повторил он.
– Если так пойдет и дальше, – задыхаясь, отвечала Фиона, – то я сама не замечу, как пообещаю тебе все, что угодно!
– Значит, мне стоит постараться! – вкрадчиво произнес Реймонд и взял в рот розовый сосок. Он припал к этому чудесному бутону с такой алчностью, будто это был глоток воды после долгого пути через пустыню.
Через минуту Реймонд отстранился и снял с нее платье, залюбовавшись стройной фигурой под чудесной вуалью из темных волос с вплетенными в них серебряными цепочками. Они тихонько звякнули, когда Фиона протянула руку к завязке на его штанах.
– Вы такая дерзкая, миледи! – поддразнил де Клер, укоризненно качая головой и лаская ее ноги.
– Можно подумать, ты об этом не знал! – Чародейка решительно дернула за конец тесьмы. Завязка ослабла, штаны упали на пол, и Реймонд чуть не задохнулся, когда горячие пальчики прошлись по его ожившему копью.
– Фиона! – прохрипел он, а та улыбнулась и ответила:
– Я женщина, а не девчонка, и меня не нужно учить, как добиться своего! – Ее пальчики действовали проворно и умело, и Реймонд зажмурился, отдаваясь ей во власть. Вскоре он так возбудился, что не в силах был больше ждать. Подхватив Фиону на руки, он припал к ее губам и понес свою драгоценную ношу на кровать.
По комнате пронесся неведомо откуда взявшийся сквозняк.
Чувства Реймонда внезапно обострились настолько, что каждая мелочь стала казаться значительной и важной: прерывистое дыхание чародейки, ее пальцы, вцепившиеся в его плечи, влажные податливые губы, отвечавшие на его поцелуй… В какой-то момент ему показалось, что он способен ощутить все, что сейчас ощущает Фиона.
Они оказались возле кровати, и он раздвинул коленом ее ноги, усадив к себе на бедро. Она с силой обхватила его ногу и прижалась так, чтобы он почувствовал жар, исходящий из ее лона.
– Ты дрожишь? – лукаво поинтересовалась она.
– Я так тебя хочу, что боюсь сделать тебе больно!
– О нет, мой рыцарь, – покачала головой Фиона, – вам не следует терпеть! Ибо я этого не потерплю! – Она снова обхватила пальцами его копье, предлагая не медлить.
Вздрагивая от возбуждения, де Клер опрокинул ее на кровать. Фиона лежала совершенно спокойно, не стесняясь своей наготы. Как будто не было у нее на спине тех ужасных шрамов, что заставляли страдать ее душу. Реймонд снова взял в рот сосок и задохнулся от восторга, услышав сдавленный стон Фионы и почувствовав, как она схватила его за плечи.
Ее волосы разметались по подушке, словно черное пламя, цепочки и амулеты загадочно поблескивали в шелковистых черных прядях.
Не спуская с Фионы восхищенного взгляда, де Клер осторожно провел пальцами по влажной ложбинке между ее ног. Она оказалась горячей и влажной, готовой принять его, и это открытие едва не лишило Реймонда остатков выдержки. А Фиона подалась ему навстречу и положила руку поверх его руки, заставляя проникнуть еще глубже. Она стонала все громче, позабыв о том, что в замке полно людей и что их могут услышать. Главное – чтобы Реймонд не прекращал свои ласки, приносившие ей такое блаженство.
Он приподнялся, и она приподнялась вместе с ним, чтобы снова взять в руку его копье. Реймонд охнул, а она рассмеялась и поцеловала его в живот, спускаясь все ниже, ниже… Горячий язычок прошелся по длинному шраму у него на бедре, и де Клер напрягся всем телом, опустив на нее потрясенный взор.
– Черт побери, ты сошла с ума, Фиона!
Она посмотрела на него, кончиками пальцев лаская влажную шелковистую головку его копья.
– Мне давно об этом говорили!
Ее язык пришел на помощь пальцам. Реймонд не выдержал: запрокинул голову и взревел, как зверь, выпущенный на свободу. Она ласкала его ртом и гладила по бедрам, по ягодицам, не прекращая эту сладостную пытку и наслаждаясь своей властью над его огромным, могучим телом.
– Перестань! А не то я наброшусь на тебя, как сопливый мальчишка! – наконец взмолился он.
Фиона снизошла до его мольбы и выпрямилась, стоя на коленях и следя за ним с откровенной, кошачьей улыбкой.
– Ты не сопливый мальчишка! – промурлыкала она, явно довольная тем, что увидела.
Реймонд шагнул вперед и заставил ее улечься навзничь, не позволяя больше шаловливым пальчикам снова взять его в плен. Теперь пришла его очередь целовать свою любимую так, чтобы у нее темнело в глазах от восторга. Его пальцы щекотали и дразнили влажное лоно, всякий раз оставляя ее в каком-то шаге от блаженной разрядки. Фиона умоляла его прекратить эту пытку так громко, что ее мог слышать весь замок.
– Не стесняйся, кричи сколько угодно! Я хочу слышать твой голос, я хочу видеть твой восторг! – Он припал губами к влажным завиткам между ее ног и добавил: – Потому что я собираюсь отведать тебя на вкус!