– Если они так любят прятаться на деревьях, то мы могли бы выжечь их все до единого… – Фиона посмотрела на него так, что ему стало стыдно. – Нет, не бойся! А они не могли укрываться в лощине?
– Если бы в лощине появилась хоть одна живая душа – я бы об этом знала. Может быть, они постоянно меняют укрытие, чтобы их не выследили?
– Ох, это и так понятно. И до сих пор им отлично удавалось путать следы. Я обшарил каждый дюйм до самой Банн-Ривер!
– А ты не пропустил тех развалин на холме и сожженной крепости?
Де Клер кивнул, заботливо спрятал камень в свой кошель и стал надевать рубаху.
– Нигде нет никаких признаков жизни. Между прочим, можно только пожалеть, что такое замечательное укрепление на наших северных границах превращается в бесполезную пыль. – Он дважды объезжал развалины, и каждый раз его поражало то, с какой легкостью подземные воды уничтожили это творение человеческих рук.
– Ее построили слишком близко к Кругу Камней и заповедной лощине! – отрезала Фиона.
Реймонд в притворном ужасе замахал руками:
– Ой, не ругайте меня, миледи, я все понял!
– Вот так-то лучше! – Она поцеловала его на ходу, прибираясь в комнате и заправляя постель.
– Я понимаю, что они хотели захватить замок, но не понимаю – зачем? Ведь владения не приносят никакого дохода! Для любого рачительного хозяина эта земля станет настоящей обузой из-за того количества ртов, которые придется кормить. Ни Йен, ни Пендрагон не страдают от проклятия, и среди вождей все чаще раздаются призывы отправиться в набег и потребовать виру за гибель какого-то брата.
– За сына О'Кагана, – подтвердила чародейка. – За брата Сесилии. – Реймонд явно не мог сообразить, о ком идет речь, и Фиона пояснила: – Ну, помнишь, той, что с большой грудью?
Он с ухмылкой кивнул, надел сапоги и сел на кровать.
– Но это ерунда по сравнению с той резней, что творится здесь!
– Значит, им нужно что-то еще, кроме этого замка! Ты со мной согласен?
– Да. – Де Клер хотел было рассказать ей все, что узнал от Изольды, но передумал. Ведь для того, чтобы снять проклятие, Фионе следовало сначала стать его женой. – Черт побери, скорее бы уж сойтись с ними лицом к лицу! Сколько еще эти собаки будут прятаться и кусать исподтишка? – Он встал, заправил рубаху в штаны и вдруг спросил: – А ты не могла бы вывести их на чистую воду с помощью своих чар?
Вот так, легко и просто, одним своим вопросом он доказал Фионе, что действительно поверил в волшебство. Ах, как ей хотелось поддержать Реймонда в этой борьбе!
– Я пыталась это сделать. Если бы я знала, кто за этим стоит, то не тыкалась бы вместе с тобой как слепой котенок. Но мне не дано видеть будущее. Я могу призвать на помощь силы стихий, но все равно мне требуется определить точку, куда должна обратиться эта сила.
– Кажется, я начинаю понимать, какое это нелегкое ремесло – быть настоящей чародейкой, – заметил он, искоса разглядывая свою милую колдунью. – Шарлатанка стала бы уверять, что ее магия способна на все. А ты честно признаешься в том, что тебе не под силу.
– Это не просто ремесло – это вера, Реймонд. Это закон, по которому мои предки жили на протяжении многих веков.
Внезапно Реймонд вспомнил кое-что из того, что ему довелось слышать шесть лет назад.
– Шивон говорила, что однажды ты превратилась то ли в кошку, то ли в птицу.
– Да.
– Ты действительно на это способна? Превращаться в кого-то другого?
– Да. – Она мягко рассмеялась при виде его потрясения. – Но это требует слишком много времени, и я не могу удерживать чары очень долго. А потом делаюсь совсем слабой.
– Ну и не надо! – пылко заявил де Клер. – Не хватало еще тебе превратиться в корову или лань и угодить под нож какому-нибудь голодному браконьеру!
– Я не могу превратиться в существо, которое намного больше меня! – заверила Фиона, остановившись перед ним. – Да и зачем мне теперь прятаться?
– Учти, я все равно тебя найду!
– Нисколько в этом не сомневаюсь. – Лукаво улыбаясь, она потеребила расшитый клапан на его штанах.
– Хочешь помочь мне его застегнуть?
– Разве ты ребенок и не можешь одеться сам? – Реймонд со стоном схватил ее за плечи и привлек к себе. – Что, тесновато, милорд? – ехидно спросила она, туго затягивая клапан. В ответ ей достался такой поцелуй, что обоим стало не до одежды.
– Вы заплатите за ваши выходки, миледи. Сегодня же ночью!
– Только ночью? – Ах, как сладко прозвучал для него этот милый огорченный голосок.
– Да, после того как мы поженимся!
– Ах да, конечно, я чуть не забыла! – улыбнулась Фиона, стараясь не выдать охватившего ее волнения.