Реймонд замер, не донеся кубок до рта.
– Что с тобой, милая?
– У сэра Гаррика нет ключа от восточной двери! – И чародейка указала на кольцо с ключами, болтавшееся у того на поясе.
Гаррик тут же снял кольцо и старательно перебрал все ключи.
– А я и не знал, что он у меня должен быть!
Фиона тоже проверила кольцо с ключами и подтвердила:
– Да, его не хватает!
Она описала Гаррику, как выглядит этот ключ и какая на нем должна быть отметина, но незадачливый рыцарь так его и не вспомнил.
– Я ни на минуту не расставался с ним, милорд, – воскликнул Гаррик, потрясая в воздухе тяжелым кольцом. – Только тогда, когда его брала у меня миледи!
– Мне не требуются ключи, чтобы распахнуть любую дверь в этом замке! – сердито вскинулась Фиона.
– Но ведь он просил их для вас! – От испуга румяная физиономия сэра Гаррика буквально позеленела. – Он сказал, что вам надо отпереть сокровищницу, чтобы достать драгоценности на время церемонии!
– Кто сказал? – рявкнул Реймонд.
– Стэнфорт, сэр!
Реймонд застыл, глядя на жену. Все части головоломки встали на свои места. Он отправил двоих оруженосцев с приказом немедленно доставить сюда Стэнфорта. Как только они вышли, Фиона обратилась к Йену:
– Почему с нами нет рыцарей Пендрагона?
– Они стоят на часах.
– Найди их, – приказал Реймонд. – И… Фиона… – Она подняла на него вопросительный взгляд. – Ступай к Шинид, любимая, и поскорее!
Фиона сидела на кровати и расчесывала на ночь волосы. Стэнфорт успел скрыться. Никто не видел его с прошлой ночи. Реймонд расспросил рыцарей Пендрагона, пока Фиона искала Шинид. Как и следовало ожидать, она нашла ее на конюшне. Девчонка дразнила Коннала.
Реймонд удовлетворился теми ответами, что получил от рыцарей из Донегола, и у Фионы не было повода не доверять его чутью. Бедняга Гаррик был безутешен. Никакие уговоры не могли смягчить его раскаяние. Тем более что кольцо с ключами – знак доверия его господина – утратило в глазах Гаррика свою значительность, поскольку там не хватало одного важного ключа. Полный набор теперь имелся только у Фионы. Ее дочь мирно спала в смежной комнате под защитой четырех волшебных камней по углам кровати и охранного заклинания. Фиона понимала, что Шинид первым делом попытается снять ее заклинание – хотя бы ради интереса, – и постоянно проверяла, чем занята эта маленькая искательница приключений.
В окно заглянула полная луна, и легкий сквознячок отнес в сторону тепло, исходившее от камина. У Фионы вырвался довольный вздох. Со дня их свадьбы погода над Гленн-Тейзом менялась прямо на глазах. С каждым новым утром становилось все теплее по мере того, как ожившая почва впитывала в себя лучи дневного светила. Ведь отныне ничто не заслоняло над замком ясного неба. Повсюду из земли пробивалась буйная зелень: зеленели лужайки, зеленели поля с пшеницей и ячменем, а по обочинам дорог начали распускаться первые полевые цветы. Жизненная сила, до поры до времени спавшая в заповедной лощине, простирала свои щедрые руки на всю округу, как будто старалась обнять своего старого друга. Одного этого Фионе было довольно, чтобы сердце в груди начинало петь от счастья.
– Чему это ты так улыбаешься? Уж не мне ли?
Реймонд вольготно раскинулся на кровати, заложив руки за голову.
– Не исключено. – Щетка для волос полетела на ночной столик, а Фиона оказалась в любящих объятиях. Губы и языки едва успели начать свою волшебную игру, и Реймонд уже приподнял подол ночной рубашки жены, когда в дверь спальни тихо постучали. Реймонд со вздохом откинулся обратно на подушки.
– Покой… – простонал он. – Чего бы я не отдал за минуту покоя!
Пока Реймонд встал, натянул штаны и подошел к двери, он успел разозлиться настолько, что готов был прибить нерадивого слугу, потревожившего хозяина среди ночи. Но на пороге оказалась Шинид. При виде отчаянно стиснутых рук и горючих слез, стоявших в широко распахнутых детских глазах, сердце у Реймонда сжалось от боли.
– Папа, можно мне войти? – спросила она дрожащим голоском. Реймонд подхватил малышку на руки, захлопнул дверь и отнес девочку на кровать. Та мигом оказалась под боком у матери.
– Что с тобой, милая? – Фиона с тревогой посмотрела на Реймонда. – Она вся дрожит!
Пока чародейка пыталась успокоить дочь, Реймонд устроился возле них на просторной кровати. Шинид несколько раз всхлипнула и опустила голову на подушку. Ее взгляд метался между недавно обретенными отцом и матерью.