Выбрать главу

Мифическая тема саги искусственно приурочена к истории королей Конда и Арта, живших во II веке н. э. Последний христианский редактор или переписчик саги вложил в уста феи-сиды стихи, в которых она предсказывает, что скоро на смену религии друидов придет новая вера. Эти стихи, искажающие смысл саги, мы опустили в переводе, отметив этот пропуск многоточием.

Текст издан Е. Windisch’ем, «Kurzgefasste irische Grammatik», Leipz., 1879.

ПОЧЕМУ прозван Арт Одиноким? Не трудно сказать.

Однажды Кондла Красный, сын Конда Ста-Битв{176}, был вместе с отцом в верхнем Уснехе{177}, когда увидел он женщину в невиданной одежде, приближавшуюся к нему.

— О женщина, откуда пришла ты? — спросил он.

— Я пришла, — отвечала женщина, — из страны живых, из страны, где нет ни смерти, ни невзгод. Там у нас длится беспрерывный пир, которого не надо готовить, — счастливая жизнь вместе, без распрей. В большом сиде{178} обитаем мы, и потому племенем сидов зовемся мы.

— С кем говоришь ты, мальчик? — спросил Конд сына, ибо никто не видел женщины, кроме одного Кондлы.

Отвечая за него, запела женщина:

Он ведет беседу с юной женщиной, Прекрасной, из благородного племени, Которой не коснутся ни дряхлость, ни смерть. Я полюбила Кондлу Красного И зову его на Равнину Блаженства, Где царит король победоносный  — В стране, где нет ни жалоб, ни страданья С той поры, как он в ней царствует.

И она продолжала, обращаясь к Кондле:

Пойдем со мной, о Кондла с украшенной шеей{179}, О Кондла Красный, алый, как пламя! Золотой венец покроет твой пурпурный лик, Чтоб почтить твой царственный образ. Пожелай лишь  —  и никогда не увянут Ни юность, ни красота твоих черт, Пленительных до скончания века.

Тогда Конд обратился к друиду своему, по имени Коран, за помощью: ибо все слышали слова женщины, самой же ее не видел никто.

Прошу тебя, о Коран, помоги мне! Ты владеешь могучими песнями, Владеешь могучей тайной мудростью. На меня напала сила некая,
Большая, чем разум мой и власть моя. Никогда еще не являлся мне враг такой, С той поры как принял я власть царскую. Ныне борюсь я с образом невидимым,
Он одолевает меня чарами, Хочет похитить сына моего, Песнями женскими волшебными Вырвать его из царственных рук моих.

И друид спел такое сильное заклятие, что неслышен для всех стал голос женщины, и сам Кондла перестал видеть ее. Но прежде чем удалиться от песен друида, женщина дала Кондле яблоко. И целый месяц Кондла не ел и не пил ничего, ибо ничто не казалось ему вкусным с той поры, как он отведал этого яблока. Но, сколько ни съедал он его, оно не уменьшалось и оставалось цельным. Тоска охватила Кондлу по женщине, которую он один раз увидел.

Однажды, по прошествии месяца, был он вместе с отцом своим в Маг-Архоммине{180}, когда вновь увидел он ту же женщину, приближавшуюся к нему. Она запела ему:

На высоком месте сидишь ты, Кондла, Среди смертных, среди всего тленного, Ожидая смерти  — ужаса великого. Вечно-живущие зовут тебя!
Ты герой в глазах людей Тетраха{181}, Каждый день на тебя взирающих, Когда ты бываешь в собрании Твоих родных, близких и милых тебе.

Как только заслышал Конд голос женщины, сказал он людям своим: