За Симусом приглядывала вся деревня, а старый рыбак Торин и вовсе взял мальчика под свое крыло. И понемногу, под началом старого Торина, пальцы Симуса начали грубеть от беспрерывной вязки узлов на сетях, а руки стали наливаться мышцами из-за постоянной гребли лодки. И совсем скоро, едва только ему стукнуло десять, Симус стал выходить в море наравне с другими рыбаками.
Те лишь посмеивались да удивлялись, откуда в мальчонке столько смекалки и удали, а старый Торин гладил свою колючую черную бороду да приговаривал:
— Славный парнишка, мой Симус. Пусть мать с отцом радуются, наблюдая за ним с небес.
Шли годы, и старый Торин больше не мог так же ловко управляться с сетью и веслами. Теперь он сидел дома да делал поделки из камня и дерева, а Симус взял на себя ловлю рыбы и раз за разом удивлял всех богатым уловом.
Несмотря на суровый вид, большой рост и каменные мышцы, сердце у парня было доброе. Он всегда перекидывался добрым словом с соседями, дарил улыбку женщинам, торговавшим на рынке, покупал леденцы для местных ребятишек. А по вечерам, частенько играл на свирели, сидя на крылечке дома, а местная ребятня и молодежь собирались подле него, слушали, разговаривали и смеялись.
Однажды Симус, по обыкновению, вышел в открытое море и забросил свою сеть в воду. Вытягивая ее, он удивился: такого богатого улова у него еще не было!
Сеть переливалась серебром и перламутром рыбьей чешуи и была такой тяжелой, что парень аж крякнул от натуги. Освободив сеть и вытряхнув рыбу в лодку, Симус было собирался сложить ее, как вдруг что-то заметил. Поднеся сеть к глазам, он понял: в ней запутался маленький морской конек, который складывал и раскладывал свой хвост, силясь освободиться от узлов.
— Ну погоди, малыш, — сказал ему Симус, — сейчас я тебя в два счета освобожу.
Он бережно размотал нити вокруг конька и так же осторожно опустил его в воду. Конек только этого и ждал — тут же скрылся в глубине, сверкнув на прощанье золотистым боком.
— Вот так дела, — улыбнулся Симус, довольный тем, что заметил малыша. — Однако, пора отправляться домой.
Он неспешно повернул к берегу и принялся грести: раз-два, раз-два. И совсем не заметил, что за его спиной по воде пробежала легкая рябь да что-то блеснуло в самой толще воды.
Придя домой, Симус с гордостью показал улов Торину, и старик не мог сдержать удивления:
— Однако славный улов, Симус! Очень славный. Завтра плыви в то же место — быть может, Ллир будет великодушен и вновь позволит тебе наловить столько же рыбы.
— Я так и сделаю, — отвечал ему Симус, снимая сапоги. — А сейчас давай-ка разделаем пару рыбин и приготовим сытный ужин.
И они запекли пару крупных рыбин в печи, добавив к ним ароматные травы, а запивали ужин крепким элем, слушая треск огня в камине.
Той ночью Симус спал как убитый; однако наутро он мог поклясться, что во сне слышал звонкий девичий смех, переливчатый, словно колокольчик. Однако днем, в хлопотах, он вовсе позабыл об этом и не вспоминал, пока вновь не вышел в море.
Море снова было спокойным и гладким, как шелк, и будто бы поджидало его. Лодочка Симуса неслась по воде, словно стрела, и довольно скоро он прибыл на то самое место, где так удачно наловил рыбы.
Забросив сеть, Симус помолился всем известным богам, чтобы она снова была полной. В конце концов, он кормил и старого Торина и себя, а еще продавал рыбу на рынке, потому что откладывал деньги на лучшую жизнь. Симус мечтал побывать в настоящем городе, а еще привести хижину в порядок, так что каждый хороший улов на шаг приближал его к своим мечтам.
Как и в прошлый раз, сеть была полна, и Симус не мог сдержать крик радости, увидев упитанные бочка рыб, попавшиеся ему в улов. Однако, вытряхивая рыбу в лодку, он снова заметил, как в сети что-то блестит. Распутав предмет, Симус не поверил своим глазам: в руках он держал изумительной красоты изумрудный перстень!
Грани камня переливались под солнцем, а отделка была такой искусной, что казалось, будто создали чудный перстень и вовсе не люди, а сами феи или морские девы. Симус настолько залюбовался им, что совсем позабыл и о рыбе, и о том, что рынок сегодня закрывается раньше, чем обычно. Никогда ему прежде не доводилось держать в руках такую красивую вещь, и он догадывался, что за один этот перстень он построит старому Торину новую просторную хижину, а себе купит быструю и большую лодку.
Однако мечты парня прервал внезапный плеск воды у самого края лодки. Симус от неожиданности тут же спрятал перстень в карман и крепко ухватился за края, наклонившись к воде.
А в воде вдруг мелькнул и тут же скрылся рыбий хвост с изумрудной чешуей, который сверкал в брызгах воды и солнечных лучах. Едва только Симус его увидел, как хвост тут же исчез, зато на поверхности воды появилась прелестнейшая девичья головка, краше какой ему не доводилось встречать.