— А сколько есть?
— Много, но столько не дам.
Она поискала в кошельке и вытащила три золотых. Продавец мигом подставил ладонь и хмыкнул:
— Сможешь унести — все твое.
— А многие не могли? — тут же поинтересовалась она.
Сразу все и голыми руками забрать не вышло, предметы все вместе очень больно кололись. Пришлось потрясти рукой от боли и вывести Тьму. Потом еще и еще, и, создав облако Тьмы, она смогла закинуть все предметы по одному. Тьма принялась шевелиться и переливаться, но не кололась, и ничего не упало.
— Год продаю, ты первая смогла забрать, — изумленно отметил продавец.
— Мастера не смогли взять? — не поверила она.
— Адепты ваши…
— А, первачки наверное… они такие. В чем-то гениальные, а в чем-то как малые дети, хотя странно конечно. Или не наши адепты, — прикинула Ирри вслух, разумно сомневаясь в глубине познаний различий учебных заведений странного типа.
Он точно адептов магических школ и университета отличает?
Прогулку пришлось сворачивать и отправляться обратно в Университет. С узелком Тьмы в руках. Недолгий путь до артефакторной мастерской, где попались очередные незнакомые адепты. Интересно как скоро таких не останется, мимолетом подумала она.
— Всем привет, подскажите, куда могу ссыпать предметы, колючие от магии?
Несколько голов повернулись в ее сторону, и девочка по виду из первокурсниц спросила:
— А что вы там держите?
— Непонятную ерунду.
— Тогда нам в соседнюю комнату.
В соседней, закрытой на пяток запоров, обнаружилось очередное интересное помещение, исписанное непонятными словами, полностью испещренное рунами, защитными слоями и чем-то еще неведомым.
— У вас темный или некроартефакт?
— Темный, но не целый, а кусочками.
— Тогда сюда.
Один из пустых столов, активированной кровью адептки, слегка загудел защитой.
— Как все серьезно, — поразилась Ирри.
— Стандартные методы защиты. Выкладывайте.
Ирри потрясла рукой, но ничего не высыпалось. Она решила втянуть Тьму, но та сопротивлялась. И только растерявшись и попросив помощи у богини, она смогла убрать Тьму — тогда предметы посыпались на стол. Защита принялась гудеть активнее, и, стоило Ирри отойти, как сверху все затянуло пленкой Тьмы.
— Как интересно! — восхитилась адептка и задумалась. — Но, наверное, мы поступили неверно.
— В смысле?
— Если это части артефакта, то собрать его будет почти невозможно. Я напишу мастерам и спрошу.
— Ладно. Будет нужна моя помощь — зови обязательно.
— Конечно, мастер, — кивнула девушка и полюбопытствовала:. — А зачем вы стеклянный меч Тьмы сделали?
— Для красоты. Это Волшебный меч Тьмы!
— А… красиво вышло.
— Да, мне тоже понравилось. А вы и по выходным работаете?
— Отличная лаборатория, интересная компания. Кому это не нужно — тот отдыхает.
— А такие тоже бывают?
— Да. Гай, например, мой однокурсник. Гай ОльтАдж — как бы артефактор, но это формальность.
— А… почему не боевик? Или теоретик?
— Ну, как бы артефактор…
— Ну, у него еще есть время передумать.
— На девятом курсе? — не удержалась та от иронии.
— Никогда не поздно — мастер Родерик вот ушел от целителей и правильно поступил.
— Тоже верно.
Попрощавшись на лестнице, они разошлись. Ирри к себе — читать романы и отдыхать, деятельная адептка-девятикурсница — продолжать работу над артефактами. Хотя внешний вид вызвал стойкое удивление и даже восхищение. Но стоило взглянуть в ближайшую отражающую поверхность, как Ирри захихикала — уж кому жаловаться на внешность, так это не ей. Она по-прежнему выглядела молодой селянкой с чересчур строгим выражением лица. Интересно, когда внешнее придет в полное соответствие с внутренним?
День дальше прошел моментально и увлекательно. Роман, одолженный Реджиной, был великолепен. Он затянул и не выпускал до последней страницы. Да и потом оставил приятное послевкусие и ощущение воодушевленности.
Ужинать пришлось, как обычно, поздно и в одиночестве. Прогулявшись после этого вдоль кладбища, примыкавшего к территории Университета, Ирри даже слегка загрустила: вспомнила Эзру, с которым это место неизбежно ассоциировалось. Сколько раз они здесь гуляли и коротали вечера, не говоря ни о чем серьезном и просто держась за руки, когда и слова были не нужны — темнота и романтичная ночь говорили сами за себя…. Последнее время Эзра совсем пропал, от него не было ничего слышно, хотя стоило отдать должное его тактичности после случившегося между ними. Алларик мелькал постоянно, с нового учебного года выйдет Фейра, а от Эзры остались воспоминания о прогулках здесь, веселых рассказах о службе и запахе старого кладбища.