— Учту.
Кьярра ушла, оставив Ирри с ощущением неправильности. Такая красивая, яркая, самодостаточная и такая ощетинившаяся во все стороны. Так можно, но как же это страшно…
Возвращение в университет с задержкой и сразу ощущается некоторая нервозность и настороженность. Реджины на месте не оказалось, поэтому Ирри пошла разговаривать с завкафедрой артефакторов. Мастер был странноватый как руководитель, но вроде бы неплохим преподавателем и отличным специалистом. Ирри решила попробовать сбыть жемчужины ему. Остальные артефакторы вызвали стойкую настороженность родовитостью. Кстати, завкафедрой артефакторов был единственным специалистом не из темного Рода на такой должности.
Перемена с отсутствием адептов — это странно, но мало ли чем увлечены юные дарования? Ирри заглянула в большую аудиторию и опешила, оказавшись под пристальными взглядами половины руководства. Ректор, завкафедрой, попечители, Реджина и масса артефакторов.
Что-то она явно пропустила, причем кардинальное и сверхважное.
— И к нам решила присоединиться еще и метресса Ирриана, — сухо сообщил мастер Намиль. — Заходите и поделитесь причиной визита на кафедру.
— Это деликатная тема, которую я хотела обсудить с мастером Толем.
— Мы прекрасно умеем обсуждать деликатные темы.
— Это очень-очень личное, — настаивала Ирри, пытаясь сообразить, что можно будет рассказать.
— Слушаю! — скомандовал ректор и явно надавил менталом, потому что слова потекли сами.
— Я недавно слышала разговор некоторых артефакторов о привлечении внимания противоположного пола путем нанесения на тело татуировки, дескать, глифы пугают, а красивый рисунок вечными разноцветными чернилами во всю спину — это шикарно. Сегодня увидела подобное на улице и решила сообщить мастеру о некоторой необдуманности данных методов. Он мог бы как-то деликатно сообщить адептам, что всегда есть другие пути, например, вместо творчества над собой его можно проявить внешним артефактом. Зачем рисунок на теле, требующий обнажения, когда есть возможность сделать что-то такое с одеждой? Если уж брать вариант с обнажением, так почему бы не сделать яркие красивые светящиеся трусы, например? Это будет более заметно, чем всякие там татуировки. И привлекать намного больше внимания… вот.
— Обнажение в публичных местах карается законом, — вежливо сообщил глава попечителей.
— А если это допустимое непубличное обнажение? На полигоне? Я могу попробовать организовать боевой или некрополигон.
— И мы все с удовольствием посмотрим на адепта в артефактных светящихся трусах на некрополигоне, общающемся с некрообитателями, — иронично закончил мастер Намиль, надев ограничивающий обод.
— Некрополигоны большую часть времени пусты, — возмутилась Ирри.
— Но полностью не зачищаются никогда, — напомнил ректор. — Так, мастер Калалия, новая заведующая кафедрой артефакторики, полагаю, уделит время вопросу привлечения внимания противоположного пола менее оригинальными методами, чем татуировки и светящееся нижнее белье. Но помните, идея метрессы Иррианы, полностью звучащая как переливающиеся разными цветами, светящиеся в темноте и издающие звуки трусы, одобрена. Правда, демонстрация возможна лишь на полигонах и в присутствии преподавательского состава. Плодотворного всем дня!
Ректор ушел, попечители разошлись по аудитории, преподаватели кафедры направились кто куда, Реджина подошла к Ирри и тихо сказала:
— Это было великолепно.
— Что я пропустила?
— Про некомпетентность мастера Толя слышали?
— Нет. Он отличный артефактор! — возмутилась Ирри.
— А преподаватель не очень и завкафедрой никакой…
— Как так?
И тут Ирри с удивлением узнала, что столь милый артефактор, к несчастью, хорошо учил только нескольких понравившихся ему адептов, остальными легко пренебрегая. Руководство кафедрой шло постольку-поскольку, и прочие сотрудники этим фактом были весьма недовольны. В прошлом университете кафедру возглавлял родственник предыдущего ректора, а мастер вел начальные дисциплины на третьем-четвертом курсах. Любимчиков он выбирал уже тогда, но спрашивал жестко и объяснял в целом понятно. К тому же на этом уровне уже начинались многие профильные дисциплины, переплетаясь и повторяя одно и то же, поэтому провала в знаниях у адептов не было.
После разделения кто-то умный решил поставить единственного не родовитого артефактора во главе специализированной кафедры, дескать, равноправие и все такое прочее. Само гильдейское сообщество артефакторов отнеслось к идее позитивно, темное подразделение настороженно, но сразу громко возражать не стало. Итог неутешительный, контрольный срез знаний показал огромные провалы в базисе, у старших курсов неразбериха с курсовыми, практиками и лабораторными. Преподаватели недовольны, темные артефакторы высказали протест, особенно заметный на фоне активно развивающихся чистых некромантов, куда надумали перейти некоторые адепты. В кои-то веки аспирантов на кафедре всего два, причем один из них личный ученик мастера Толя.