Потом пошли изменения расписания, вопросы от адептов, умудряющихся найти Ирри даже в архиве, и Реджина, появившаяся для консультанции по поводу почты, и куча странных посланий отовсюду и непонятно о чем.
Для полного счастья подруга, занесшая готовый протестированный приворот, шепотом уточнила о страшных планах то ли по завоеванию мира, то ли по созданию портала в соседний мир, то ли по поиску средства вечной жизни. Дескать, слухи такие ходят и интригуют окружающих.
У Ирри задергался глаз, она рассказала о субботнем вечере и шутке, подруга пообещала донести эту мысль до окружающих, но вот поверят ли…
А вопросов в этот день свалилось чрезвычайно много, и на что потратить премию от кафедры был далеко не самым насущным. Умная книжка, забытая утром каким-то адептом еще утром, попалась на глаза всем, после чего ректор, заглянувший в учебную часть, уточнил причину наличия у Ирри запрещенной литературы. Пришлось сделать честный вид и покаяться:
— А вы в курсе, что в стародавние времена считалось нормальным корректировать поведение подрастающих поколений с помощью проклятий? Что если допустить продуманное и проработанное со всех сторон проклятие на повышение интереса к учебе, успеваемости и усидчивости?
— А вы в курсе, что от идеи корректировки личности проклятиями отказались из-за непредсказуемости последствий, эффекта налипания проклятий и возникновения сумасшествий? — вопросом ответил ректор.
— Нет, до этого еще не дочитала.
— Это в рамках основного курса проклятий проходят, и, метресса Ирриана, лучше выучить теорию, чем создавать новое течение, это проще.
— Хорошо. Поняла, учту.
— Вы, кстати, зашли на кафедру проклятийников?
— Нет еще, работа…
— Зайдите, вас там ждут.
— Непременно, спасибо за напоминание.
После такого не зайти к проклятийникам было бы глупостью. Вопреки надеждам Ирри и расписанию на кафедре обнаружилась половина преподавателей, включая заведующую и мастера Хибэ, невесть как оказавшегося в этом месте.
— Добрый день, решила забежать поговорить. Как ваше ничего?
От милой улыбки завкафедрой сердце ушло в пятки.
— Метресса Ирриана, как приятно вас лицезреть в нашей скромной обители. Присаживайтесь, дорогая, побеседуем о разумности передачи корреспонденции с проклятиями через наше охранное проклятие.
Молоденькая аспирантка начала что-то выплетать пальцами, услышав тон руководительницы. Стойкое желание выбежать и подпереть за собой дверь стало четким и даже объяснимым.
— А я вам книжечку принесла… Мне сказали, проклясть адептов на рвение к учебе и усидчивость не выйдет. И по поводу писем тоже зашла узнать. Как практика? Адептам результат подошел?
— К сожалению, — согласилась милейшая дама возрастом под сотню, — наши коллеги неоднократно пробовали провести такой эксперимент, но результаты оказывались плачевны в долгосрочной перспективе. Но вижу, вы тоже заинтересовались теорией проклятийности, это полезно. У вас, конечно, коллеги с зомби-кафедры не стали вносить проклятия в обязательную программу, но, будем честны, для вас наш предмет относится к первостепенным. Вы в курсе наличия у себя проклятия на смерть? — вкрадчиво поинтересовалась мастер Тария.
— Нет.
— А оно есть, и эта книжечка, закрытая проклятием, отчетливо его проявила. Спрашивать, кто из коллег мог так поступить, бессмысленно. Несколько последних публикаций с вами на первой полосе и у меня пробудили подобное желание. Пойдемте снимем, а заодно я расскажу вам о сложном смешении проклятий на корреспонденции при передачи ее через охранку в нечто новое и малоинформативное…
— То есть не подходит, слишком сложно? Мне регулярно сообщают о завышенных требованиях к адептам.
— Да, в данной ситуации имеет место то же превышение. Пока они будут учиться на более простых проклятиях, поэтому корреспонденцию лучше передавать без добавок. Можете сообщать преподавателям о наличии писем, кто-нибудь сам зайдет, оценит и заберет при необходимости.
— Хорошо. Поняла. Учту.
Вопреки предположениям Ирри мастер Тария собрала несколько адептов, отпросив их с разных занятий, и привела группу в просторный кипенно-белый зал. Странный ритуальный зал, находящийся отдельно, соединенный с корпусом длинным извивающимся коридором, и, главное, не имеющий под собой подвала и этажей над собой. Таких залов, непонятной архитектуры, на территории Университета был с десяток и, если попервости у Ирри пробуждалось любопытство, то потом оно сменилось на занятость иными делами. Зато вот теперь неожиданно появилась возможность ознакомиться с действиями мастера проклятийника на себе. Ирри искренне надеялась, что с предыдущим разом оно не будет иметь ничего общего.