— Она несколько дней была сама не своя. Я думала, это из-за мастера Хойто и ученичества у него. Но, судя по всему, ошиблась.
— Согласен.
— А по бумагам полный провал, как обычно. Каваш, вы в следующий вторник будете? Хотела пригласить на жертвоприношение.
— Как романтично, но мастер Эзра может не понять, — кривовато улыбнулся мужчина.
— А это романтичное предложение? Эзра ничего такого не сказал… — задумалась Ирри.
— Видимо, у вас что-то иное.
— Мои вчера устраивали малое жертвоприношение рыбок и дело закончилось потопом. Все живы, никого не смыло, но что-то со всем этим определенно не так.
— А почему потоп? — удивился менталист.
— Ну рыбки же плавают, — отмахнулась Ирри от очевидного.
— А если птички, то будет ураган, они же летают, — закончил мысль тот и кивнул, — постараюсь прийти.
— Спасибо.
Дальше были бумаги на подпись, бумаги, возвращенные с рассмотрения, и текучка. Письма, отчеты, ведомости, полное и доскональное выяснение ситуации с ее группой. Подъем и систематизация личных дел и под конец дня работа с архивным каталогом. Все. Времени почти не осталось, нужно наводить порядок везде.
Реджина не вернулась, вместо нее прилетел вестник с извинениями и рекомендациями врача, той самой тетушки, на официальной бумаге с несколькими печатями. Пропуск по болезни — это неприятно, но что поделаешь.
Карми, пойманная на кафедре, ужаснулась участию в удалении завалов алхимической дряни, мастер алхимик пробовал протестовать, но под гнетущим взглядом любимой руководительницы Дилии все согласились заняться наведением порядка. Два алхимика, один некромант, мастер Крейн пришел менять расписание позже всех установленных сроков, и один сотрудник архива в лице Ирри, занялись списанием всевозможного хлама.
Знакомый с зомби-кафедры пожалел о своем желании прогулять следующий день почти сразу, но получил замену расписания и застрял на три часа, оформляя бумаги и подтверждая независимым взглядом факт уничтожения всяческого хлама. Безопасность университета в лице мастера Хибэ потратила пять минут времени, чтобы удостовериться в отсутствии подвоха, и исчезла, попросив для уничтожения пригласить кого-нибудь из них.
Через три часа все счастливые и довольные разошлись, у Ирри появилась новая кипа бумаги, зато большая часть алхимии из хранилища архива списана. Мастер Крейн без вопросов захватил с собой специальный контейнер, куда и сбрасывали добро алхимики, и ушел звать дежурного безопасника. Некоторые ингредиенты, имеющие какую-то потенциальную пользу, алхимики перетащили на кафедру. По словам Карми часть будет использоваться в обучении в контексте определения годности ингредиента, а часть уйдет непосредственно в лаборатории.
Там свой учет и свой контроль, в мастере Дилии не сомневался никто, поэтому оформлять лишние формуляры с многими подписями и печатями Ирри ничего не стала, только накидала примерный перечень, и тот из любви к бюрократии.
К мэтру Фарго идти было уже поздно, ужинать тем более, Эзра пропал на комплексных испытаниях, а точнее, тренировках адептов после занятий. Единственное радующее дело — комната и книга, есть и в романах своя прелесть, как ни крути.
Глава 21
А утро принесло новую красноватую точку, в паре сантиметров от предыдущей. Хотелось бы что-то придумать, но вот она — реальность болезни Иринии Розовой. Розовые пятна по телу как внешний симптом и поражение внутренних органов как основная проблема.
Ирри честно не собиралась плакать или страдать, но опустилась на пол и тихонько заревела. От несправедливости и жалости к себе, она надеялась на лучшее и много лет впереди, чтобы найти способ вылечиться. Истерики не случилось, Страж не пробудился, и Ирри поздравила себя с маленькой, но победой.
Вместо пробежки как символа новой жизни она доела последнее пирожное и отправилась на работу. В конце концов, скоро у нее будет масса времени, чтобы пострадать и попереживать, а пока нужно разобраться с делами.
Улица принесла на редкость странный и неприятный запах. Волей-неволей Ирри принюхивалась и присматривалась, первый же встреченный адепт пояснил:
— У алхимиков взрыв ночью был, полкорпуса разнесло.
Спустя пять минут Ирри отчётливо убедилась в чужой правоте. Взрывом действительно разнесло все здание. Оставшиеся две стены стояли, но роли это не играло. Соседние корпуса были абсолютно целы из-за щитов, а этому даже магия не помогла. Шутливый спор 'Что круче — магия или алхимия?' перестал быть смешным — алхимия убедительно повела в счете, и от этого становилось жутко.