Двумя способами.
Первый - автоматический. Моя психика устроена так, что приписывает другим сознание. Это не выбор - это данность. Я вижу людей как людей, а не как автоматы.
Второй - этический. Я выбираю относиться к другим как к сознающим. Не потому что уверен, а потому что это единственно достойный выбор.
Оба способа - не доказательства. Оба - способы жить с незнанием.
Может быть, это всё, что у нас есть. Способы жить с тем, что мы не можем знать.»
Несколько дней спустя я ехал в метро и снова смотрел на людей вокруг.
Те же лица, те же позы, те же движения. Женщина с телефоном, мужчина у окна, подросток в наушниках.
Но теперь я смотрел иначе.
Я по-прежнему не знал, что внутри. Не знал, есть ли там что-то. Но я выбирал верить, что есть.
Каждый из них - возможно, целый мир. Возможно - вселенная переживаний, такая же богатая и сложная, как моя.
Я никогда не увижу эти миры. Они останутся закрытыми навсегда. Но я могу относиться к ним с уважением. Могу признавать их возможное существование.
Это было что-то вроде веры. Не религиозной - просто человеческой. Вера в то, что другие - такие же, как я. Даже если не могу это доказать.
Поезд остановился, двери открылись. Люди выходили и входили - поток тел, поток возможных сознаний.
Я думал о том, что всю жизнь жил среди этих возможных сознаний. Говорил с ними, работал рядом, любил некоторых из них.
И никогда - ни разу - не был внутри.
Моя любовь к другому человеку - что это было? Любовь к его телу? К его поведению? Или к чему-то внутри, чего я никогда не видел?
Может быть, любовь и есть вера в чужое сознание. Вера, доведённая до предела. Признание другого как полноценного субъекта, достойного того, чтобы его внутренний мир существовал.
Любить - значит верить, что другой - не пустота.
Я вышел на своей станции и пошёл наверх.
Город встретил меня обычным гулом - машины, голоса, шум. Тысячи людей вокруг, каждый занят своим.
Тысячи возможных миров.
Я шёл среди них и чувствовал странную смесь одиночества и связанности.
Одиночество - потому что я никогда не выберусь из своего мира. Никогда не увижу изнутри ничего, кроме себя.
Связанность - потому что все эти миры, если они существуют, похожи на мой. Мы все - одинокие вселенные, плывущие рядом друг с другом. Не способные соприкоснуться, но способные посылать сигналы.
Слова, которые я говорю, - сигналы. Жесты, которые я делаю, - сигналы. Вся коммуникация - обмен сигналами между мирами.
Мы не можем слиться. Но можем общаться. И это - всё, что у нас есть.
Вечером я дописал свои заметки.
«Что исчезает в этой главе?
Иллюзия доступа к другим.
Раньше мне казалось, что я понимаю других. Что, разговаривая с человеком, я как-то касаюсь его внутреннего мира. Что эмпатия - это реальный контакт сознаний.
Теперь я вижу, что это не так.
Эмпатия - не контакт. Эмпатия - моделирование. Я строю модель того, что чувствует другой, на основе того, что вижу. Но модель - не реальность. Я не касаюсь его опыта - я воображаю его.
Это не делает эмпатию бесполезной. Модель может быть точной. Может быть полезной. Может помогать в общении.
Но это не контакт. Это всегда - через стекло. Через интерпретацию. Через предположение.
Другие остаются другими. Непроницаемыми. Чужими.
И единственное, что я могу - это верить, что за стеклом что-то есть. И относиться к этому "что-то" с уважением.
Вера вместо знания.
Уважение вместо уверенности.
Это не поражение. Это - взрослость.»
Я закрыл тетрадь и посмотрел в окно.
Ночной город мерцал огнями. За каждым окном - чья-то жизнь. Чей-то возможный мир.
Я никогда не узнаю, что там, внутри. Но я могу представить. Могу надеяться. Могу верить.
И это - достаточно.
Не потому что достаточно для знания. А потому что достаточно для жизни.
Мы живём не с тем, что знаем. Мы живём с тем, во что верим.
И вера в чужое сознание - одна из самых важных.
Без неё мы были бы одиноки по-настоящему.
С ней - одиноки, но вместе.
Парадокс. Но, может быть, именно так устроено человеческое существование.
Одиночество, которое выбирает быть вместе.
ГЛАВА 9. СМЫСЛ
Зачем?
Этот вопрос возник утром, когда я чистил зубы. Простое механическое действие, которое я совершал тысячи раз. Щётка двигалась по зубам, паста пенилась, вода текла из крана.
Зачем я это делаю?
Ответ был очевиден: чтобы зубы были здоровыми. Чтобы не болели, не разрушались, не выпадали. Гигиена - условие здоровья.
Хорошо. Но зачем мне здоровые зубы?
Чтобы есть. Чтобы жевать пищу, получать питательные вещества, поддерживать организм.
Зачем поддерживать организм?