Раньше я смотрел на поверхность - на то, что люди говорят и делают. Теперь я начал видеть структуру под поверхностью - то, как именно они говорят и делают. Это как разница между чтением книги и анализом её типографики. Содержание то же самое, но внимание направлено на другой уровень.
Я вышел на своей станции, поднялся на улицу, дошёл до дома. Открыл дверь, вошёл в квартиру, снял обувь. Всё было так же, как утром. Ничего не изменилось.
И всё же что-то было иначе.
Я сел за стол, открыл ноутбук. Несколько минут просто сидел, глядя на экран. Потом открыл папку с заметками - туда я складывал мысли, которые не вписывались в рабочие документы.
Одна из заметок была датирована прошлым месяцем. Я открыл её и перечитал.
«Сегодня заметил странную вещь. Разговаривал с коллегой о проекте, и в какой-то момент понял, что слушаю не то, что он говорит, а то, как он это говорит. Паузы между словами, выбор формулировок, интонационные переходы. Как будто его речь - это не просто передача информации, а какой-то более сложный процесс, в котором смысл - только один из слоёв.»
Я перечитал это несколько раз. Месяц назад эта мысль показалась мне любопытной, но не более того. Теперь она выглядела иначе. Как будто я уже тогда начал что-то замечать, но ещё не понимал, что именно.
Ниже в той же заметке было:
«Возможно, это профессиональная деформация. Слишком много лет изучаю когнитивные процессы - начинаю видеть их везде. Нужно следить за этим, чтобы не превратиться в того, кто смотрит на людей как на объекты исследования.»
Я усмехнулся. Не от веселья - от узнавания. Месяц назад я ещё пытался это контролировать. Пытался «следить», чтобы не «превратиться». Как будто это было чем-то, что можно выбирать.
Теперь я понимал, что это не выбор.
Это просто другой режим восприятия. Он включился в какой-то момент, и выключить его обратно не получалось. Не потому что он был сильнее меня или контролировал меня - просто потому что это теперь была моя точка зрения. Буквально - точка, из которой я смотрю.
Но это означало кое-что ещё.
Если моя точка зрения изменилась, значит, и моя модель мира изменилась вместе с ней. Я больше не живу в том мире, в котором жил раньше. Физически всё то же самое - те же улицы, те же люди, та же работа. Но феноменологически - мир стал другим.
Раньше люди были для меня людьми. Отдельными существами со своими мыслями, чувствами, намерениями. Я взаимодействовал с ними как с равными - другими «я», похожими на моё.
Теперь я видел в них системы. Не в уничижительном смысле - системы не хуже и не лучше людей. Просто это другой уровень описания. Как если бы раньше я видел лес, а теперь вижу деревья. Лес никуда не делся - просто фокус изменился.
Но вот вопрос, который я не мог не задать себе: если я вижу других как системы, то что я вижу, когда смотрю на себя?
Я отставил чашку и посмотрел на свои руки. Обычные руки - кожа, пальцы, ногти. Я пошевелил ими, и они подчинились. Но подчинились ли они «мне»? Или это просто моторная кора послала сигналы мышцам в ответ на намерение, которое само по себе было сгенерировано где-то в другой части мозга?
Я попытался уловить момент принятия решения. Вот я хочу пошевелить пальцем. Откуда берётся это «хочу»? Могу ли я отследить его до точки возникновения?
Нет. Намерение появлялось уже готовым. Я не выбирал его - я просто обнаруживал его в себе, уже сформированным.
Это было известно науке давно. Эксперименты Либета показали, что мозг начинает подготовку к движению за несколько сотен миллисекунд до того, как человек осознаёт намерение двигаться. Сознание не инициирует действие - оно узнаёт о нём с задержкой.
Но одно дело читать об этом в статье, и другое - пытаться увидеть это в себе.
Я сидел за столом, пил чай, и пытался поймать момент, когда я что-то решаю. Взять чашку. Сделать глоток. Поставить обратно. Каждое действие казалось «моим», инициированным «мной». Но когда я пытался найти это «я», которое инициирует, - я ничего не находил.
Было только намерение, уже возникшее. И движение, которое за ним следовало.
Это не было открытием. Это было просто наблюдением, фиксацией того, что есть. Я не сделал из этого никаких выводов. Не потому что выводы были невозможны - просто я не чувствовал потребности их делать.
Я допил чай, помыл чашку, вернулся к ноутбуку.
В списке недавних файлов я увидел папку с перепиской - той самой, с языковой моделью. Я открыл её и пролистал вниз, до того диалога, который перечитывал несколько дней назад.
Почему люди считают себя живыми?
Я смотрел на этот вопрос и думал о том, что он не такой простой, каким кажется.
«Люди считают себя живыми» - это утверждение предполагает, что есть некое «себя», которое можно считать живым или неживым. Что есть субъект - «люди» - и есть предикат - «живые». Что это разные вещи, которые можно отделить друг от друга.