– Но он же знает твой домашний, – сказала Даша.
– Я ему сказала, не звонить на домашний, чтобы мать не узнала, – произнесла Юля. – Она же думает, что он улетел, потому что бросил меня.
– Ладно, это уж не такая большая проблема. Юль, сейчас главное экзамены. А Серега твой прилетит назад рано или поздно. Ну поскучает немного. Сильнее будет любить потом. Давай лучше готовиться, – попыталась утешить подруга.
– Не могу, Дашка. Я ничего учить не могу. Открою тетрадь, смотрю в нее. Ни одной строчки не могу прочитать. Все мысли только о Сереже. И вроде говорю сама себе, что надо выучить хоть что-нибудь, а не могу. Его лицо стоит перед глазами и все.
– Так, а Серега тебе что велел делать? Учиться. Вот и возьми себя в руки!
– Блин, что же с телефоном делать? – не отреагировала Юля. – А я дура, номер не взяла, куда ему звонить.
– Слушай, – Дашка ударила ладонью себя по коленке. – Так пошли ему письмо электронкой.
– Знала б я еще его «ящик», – отозвалась Юля.
– А соцсети?
– Даша! Ты что? Какие соцсети? Сережа далек от этого всего. Он там не зарегистрирован.
Юля смахнула набежавшие на глаза слезы. С одной стороны Даша права: ничего смертельного нет в том, что они с Сергеем не будут созваниваться, например, еще месяц, а с другой Юля волновалась. Мало ли что может случиться. Вдруг произойдет что-то экстраординарное и срочно нужно будет сообщить новости. Как быть в этом случае? Юля поглядела на подругу. Дашка сидела, задумавшись.
– Слушай, – сказала она, – а помнишь, ты рассказывала, что Димка показывал тебе Серегины фотографии, где он со своей американской девкой?
– Ну, помню, а что?
– А то! Откуда у Димки эти фотографии?
– Сережа ему присылал.
– Значит, у Димки есть его «ящик», – победоносно сказала Даша. – Надо пойти к нему и попросить.
Юля поглядела на подругу взглядом человека, которому предлагают пойти на минное поле и собрать букетик одуванчиков. Она не могла видеть Димку после того, как тот едва не довел Сережу до сердечного приступа и при этом еще делал наглые заявления, что это ему все должны.
– Думаешь, даст? – спросила Юля, хотя саму мутило от мысли, что надо что-то просить у Диди.
– А что такого?
– Они же с Сережей разругались.
– И что? Он же с Сережей разругался, а не с тобой. Попроси. Попытка не пытка. Если даст, напишешь ему на «ящик». И вся проблема.
– А если не даст?
– Напишем в ФСБ и объявим твоего Серегу в федеральный розыск. А эти из-под земли кого угодно достанут. Правда видеться вы с Сереженькой будете в тюрьме, но ничего. Там зато ему не с кем будет тебе изменить, – Даша подмигнула подруге.
Ее оптимизм подействовал на Юлю, и она улыбнулась.
Глава 29
Юля до последнего сомневалась, стоит ли ей обращаться за помощью к Димке. Она не видела его уже четыре месяца, с того осеннего дня, когда приходила к нему после его ухода из дома. Воспоминание о том дне до сих пор вызывали в ней дурноту и легкое подташнивание.
Девушка не могла забыть, с каким цинизмом Димка говорил о своем брате и какие слова выбирал для нее самой. И хотя Юля была за то, чтобы конфликт между братьями в итоге уладился, она не видела, как это можно сделать. Даша посоветовала подруге не париться из-за этого.
– Они два взрослых мальчика, – сказала она. – Сами должны разобраться.
Юля и не лезла, но сейчас ситуация повернулась совсем другим боком. Димка стал единственным, кто мог помочь ей наладить связь с Сережей. Даша вызвалась пойти к нему вместе с Юлей. «В конце концов, – как сказала она, – это была моя идея». Но девушка отвергла ее предложение, сказав, что лучше ей сходить одной. Конечно, если Даша хочет, она может доехать с Юлей до Димкиного дома и подождать ее на улице. Та ответила утвердительно.
В итоге девушки оказались на другом конце города, напротив небольшой серой «хрущевки», где на втором этаже снимал комнату Димка. Даша осталась ждать подругу на первом этаже и развлекалась тем, что перекладывала газеты из почтовых ящиков, а Юля поднялась выше.
Остановившись напротив квартиры, девушка мысленно попросила Бога, чтобы он ей помог, и нажала на кнопку звонка. Дверь почти сразу открылась, и на пороге предстал взъерошенный Димка. Волосы его были спутаны, будто он давно не причесывался, под глазами залегли тени, на лице виднелась щетина. Первые несколько секунд Снегирев-младший хлопал глазами, будто не понимал, правда он видит Юлю перед собой или нет, а потом, поборов зевоту, спросил:
– Ты? – произнес он это без особого удивления, но и с долей озадаченности.
– Я, – подтвердила Юля, разглядывая Димку и отмечая его мятый спортивный костюм.