Оля, пришедшая за очередной конфетой, в этот раз взяла с собой яблоко и ушла в комнату. Алексей Викторович же вновь пустился в налаживание родственных отношений. По прошествии двух часов в бутылке коньяка не осталось ничего, поэтому хозяин перешел на домашнее вино из смородины. К этому времени Сергей успел выслушать ни одну историю о том, каким замечательным ребенком была Юля, какой замечательный ребенок сейчас Оля и дополнительно получить благословение на брак от практически тестя.
Он сумел завоевать расположения Алексея Викторовича, всего лишь слушая его и не перебивая. А разговорившийся Алексей Викторович выкладывал новому слушателю все, что наболело у него на сердце. Видимо, алкоголь подействовал на него хорошо и быстро, а главное, развязал его язык.
– Ты не думай, – говорил он, обняв Сергея. – Мне ничего, что тебе не двадцать. Мне главное, чтоб ты Юльку мою любил.
– Я люблю, – кивнул Сергей.
– Только ты ее очень люби, – попросил Алексей Викторович. – Забери ее. Ей надо, чтоб у нее был человек, который ее защитит. А то она все сама да сама. А она – девушка. Ей не положено самой…
– От кого ее защищать?
– Ой, прости Господи, мать-то ее – не самая лучшая женщина. От того мы с ней и развелись. Она очень властная, понимаешь. Ей нравится над всеми командовать. Особенно вон Юльке перепадало. Затерроризировала Алина ее. Она-то ведь сколько могла терпела, но потом, видать, и у нее терпение лопнуло, – всхлипнул пьяный отец. – А все ради Оленьки. Уж она-то сестренку свою любит. Как я ушел, она за ней присматривать стала.
– А чего ушел?
– Запилила она меня, – провел ребром ладони по горлу Алексей. – Уж я-то характером не такой как Юля. Она-то в отца моего пошла. А я в матушку, царство ей небесное. Юля-то мать свою терпела, терпела. Все от нее сносила… А я вот не смог. Ты мне пообещай, что заботиться о ней будешь, – потребовал будущий тесть, снова взяв Снегирева за воротник.
– Еще как буду.
– А то я-то не смог, – выпустил он ворот Сережиной рубашки.
Настала пауза, а потом будущий тесть продолжил:
– Я вот, когда она маленькая была, ну Юля то есть, думал, я свою девочку никому в обиду не дам. Пусть только кто тронет мою красавицу… А потом, когда я с Алинкой, значит, развелся, она пришла ко мне… И спросила: «Папа, почему ты меня не защитил?» Я ей говорю, дочка, ну что ты, я тебя ото всех защищал. А она мне: «Нет, папа, ты всего лишь распугал малолеток, которые не то что изнасиловать, не знали как правильно за коленки ухватить. Разве от них мне нужна была защита? Нет. Ты меня не от них должен был защищать, а от нее, от мамы. Разве ты хоть раз вмешался, когда она кричала на меня и била? Разве ты хоть раз велел ей прекратить? Когда ты видел мои слезы, ты все время отводил глаза. Тебе проще было уверить себя, что это женские разборки, и ты не должен в них вмешиваться. Ты ни разу не ударил кулаком по столу и не сказал «Прекрати, ты делаешь моей дочери больно!», а теперь ты развелся с ней и ушел. Оставил меня одну и еще Оленьку взвалил на мои плечи. Ты о ней подумал?»
Сергей внимательно слушал. За прошедшие пару часов он узнал о Юле значительно больше, чем за полгода их знакомства.
– Ты позаботься о ней! – снова схватил его Алексей Викторович за воротник. – Я тебе ее доверяю.
Сергей просидел у Алексея Викторовича допоздна, но Юлю так и не дождался. Приехав домой на такси, он повалился на диван. «Вот в чем было дело, – думал он. – Вот почему она не уходила от матери. Ради сестры. Но мне бы и в голову не пришло, что мать с ней жестоко обращалась… Неужели она запугала ее? Нет, тогда Юля бы не сбежала. Но почему она не хочет видеться со мной? Ей стыдно все это мне рассказывать? Да, наверное, да…»
Из-за выпитого коньяка у Сергея начала болеть голова. Не собирался же пить, но что было делать?! Нужно как-то унять это всё. Охладиться.
Сергей покачал головой и направился в душ. Это несколько протрезвило его. Полчаса спустя волосы его высохли, а вот мысли продолжали атаковывать. А в пустом доме, где было не с кем поговорить, выдержать их было еще труднее.
«Черт с ним!» – махнул рукой Сергей. – «Этот день был просто кошмарным. От всего, что я услышал… Пропущу еще один стаканчик».
Он направился в бар, который первым попался ему на глаза. Это оказалось что-то среднее между баром и дискотекой. То есть на одной стороне все лихо отплясывали, на другой пытались усидеть за столиками или барной стойкой. Посетителей было не сказать, что много, но и не мало. Сергей подошел к одному столику и сел. Тут же к нему подскочила официантка в короткой юбке. Если бы не бейдж у нее на блузке, Снегирев бы решил, что девушка хочет с ним познакомиться. Девушка спросила, что он будет пить. Тот предпочел джин. Официантка удалилась.