- Закон военного времени, - спокойно ответил Мар.
Аврора сказала бы, что это «зловещее спокойствие», Вита сразу ощутила опасность. Слова война остудили ее пыл, плеснули в лицо ледяной воды. По телу пробежали мурашки. Девушка поняла, что до этого момента Мар дал ей достаточно свободы и большего не позволит. Праведный гнев сразу схлынул.
- Мои люди забрали все, что нашли в твоём доме: настойки, травы. Если понадобится что-то ещё, только скажи, - Мар постучал указательным пальцем по коленке, обдумывая все ли сказал. - И! Даже не пробуй сбежать или покалечить моих людей во время лечения... Отдам ребятам на усладу! Сразу. Они изголодались по женскому телу.
Вита нервно вздохнула. Мысли о побеге, которые навязчиво кружили в голове, окоченевшими птицами упали на землю.
- Нам нужен был лекарь мужчина или пожилая женщина, чтобы не смущать моих ребят. Но времени на поиски нет. Мы и так задержались.
Вита молча слушала.
- Сейчас у нас есть несколько заболевших, они в палатке лазарета. Тебе все покажет Като. Можешь идти. - Мар показали всем своим видом, что разговор окончен.
Вита аккуратно поднялась, забрала свои вещи и отправилась на выход.
Начало новой жизни
Като оказался мужчиной зим 45. Улыбчивый, с хитрыми зелеными глазами в морщинках и прядями вьющихся соломенных волос, местами заплетенных в тонкие косички.
- Добрый день, красавица! - подмигнул Като и выплюнул соломинку, которую жевал до этого в задумчивости.
- Добрый день! - пугливо ответила Вита.
- Да не бойся, мышонок! - он приобнял Виту за плечи и повел в сторону другого шатра. В его объятиях чувствовалась отеческая забота, поэтому нервное напряжение, которое сковало девушку, слегка отпустило.
- Сейчас я тебе все покажу, милая! Като - лучший проводник, - с усмешкой добавил мужчина. - Держись меня, и никто тебя не обидит.
Вита огляделась вокруг. Лагерь, который разбили военные Мара, располагался на поляне среди соснового леса. В центре – костер, возле которого сидели на бревнах мужчины. Они сушили свои сапоги и одежду, кто-то штопал себе штаны, кто-то ел, другие вели праздную беседу.
Как только один из них увидел Виту, он стукнул локтем соседа, и весть о ней вмиг разлетелась по всему лагерю. Теперь со всех сторон девушка ощущала на себе липкие заинтересованные взгляды. Вите захотелось быстрее скрыться.
- Вот твои владения, - объявил Като, быстрее уводя ее в шатер. - Не беспокойся, Мар поговорит с этими обалдуями. Чтобы не пускали слюну.
Като обернулся назад, еще раз посмотрел на взволнованных мужчин и прибавил:
- Но без крайней нужды ты пока одна из шатра не выходи, – он задумчиво погладил подбородок. - Возле входа ты найдешь человека, который будет тебя охранять.
На этих словах Като слегка подтолкнул Виту в спину, чтобы она прошла вглубь шатра. Здесь царил полумрак. Когда глаза девушки привыкли, она заметила свои скудные пожитки возле входа. Военные прихватили с собой не только лекарства, но и одежду, обувь.
- Это наш лазарет, мышонок! Тут прихворнули два наших молодца – посмотри, - мужчина махнул рукой в сторону лежаков. - Если тебе будет что-то нужно – обращайся ко мне. В лагере любой тебе подскажет, где славный Като.
Его манера говорить о себе в третьем лице, заставляла Виту улыбаться.
- Спасибо, - пролепетала девушка.
- Сейчас время ужина, я принесу тебе что-нибудь съестное. А ты пока обустраивайся. - Като стремительно вышел, оставляя девушку одну.
Внутренний зов лекаря сразу направил Виту к больным. Два война, укутанные теплыми шкурами по самый подбородок, дрожали во сне. У обоих была тяжелая лихорадка: они пылали, словно разогретый чан.
Вита прощупала лоб, воспаленные лимфоузлы на шее. Метнулась к вещам и достала прослушивающую трубку. Раскутала одного из мужчин и приложила трубку к груди. Хрипы. Отчетливые, булькающие. В легких скопилось много мокроты, которая не находила выхода.
Вита окунулась в привычную среду, действовала быстро и методично. Достала эвкалиптовую мазь и настойку на основе тимьяна ползучего. Подняла сырую от пота рубаху больного и с усилием растерла мазью его грудь. Потом перекатила мужчину на правый бок, открыла спину и остановилась на секунду. На коже, плотно облегающей мышцы, оказался едва заживший шрам между ребрами от удара ножом.
«Вот ведь везунчик, - подумала Вита. - Взял бы нападавший чуть выше и пропорол бы печень». Девушка осторожно провела пальцем по рубцу, а потом продолжила работу: растерла спину, плотно закутала больного, приподняла голову и влила ему в рот отвар.