Вокруг царила атмосфера братства, взаимовыручки и мужского безрассудства. Чтобы показать свою удаль и скоротать время, войны устраивали шуточные бои. Обнажали могучие торсы, сцеплялись, словно в танце, заваливали друг друга в грязь. Наблюдающая толпа кричала, улюлюкала и делала ставки.
Потом мужчины приходили к Вите с виноватым взглядом, вывихом плеча или защемлением в позвоночнике. Девушка вздыхала и, ругаясь, вправляла конечности, что требовало немало ее физических сил. Попытки вразумить дурные головы ни к чему не приводили, все тщетно.
Вита чувствовала, что к ней присматриваются, проверяют. Одни приходили в лазарет даже с занозой, чтобы только познакомиться. Другие не спешили зайти под угрозой гангрены.
Девушка начинала привыкать к мужскому обществу. Войны при ней старались сдерживать поток брани, грубых и сальных шуток в отношении друг друга, но получалось скверно.
День выдался погожим. Сегодня должен был вернуться Мар, и войны активно сворачивали лагерь.
* * *
Солнце слепило, отражаясь от сверкающего снега. Вита вдохнула морозный воздух и посмотрела на щемящую красоту вокруг. Деревья, накрытые серебряным пологом, потрескивали на ветру.
Вита, пользуясь последней возможностью, собирала сосновую кору и шишки. Промерзшие деревья с трудом отдавали свою броню, и девушке приходилось активно работать ножом. Тонкие пальцы цепко хватались за древесные пластины и с усилием отрывали их. Свою добычу Вита складывала в кожаный мешок, висящий на груди.
Неподалеку молчаливо стоял один из людей Мара, которого девушка про себя называла "безликий воин". Вита не знала его имени и внешне, если бы кто-то попросил описать, не смогла бы поведать что-то вразумительное. Ее охранник был словно тень: всегда находился в десяти шагах от нее и ближе не подходил.
Девушка ни раз предпринимала попытки с ним познакомиться. Ей казалось странным, что кто-то совершенно незнакомый следует по пятам. Но воин с удивительной изворотливостью избегал всякого контакта.
Вита положила в нагрудный мешок последнюю щепку коры и направилась обратно к лагерю. На снегу разбегались в разные стороны следы зайцев. Вот извилистая тропинка, проложенная любопытной лисой, что кружила возле стоянки отряда. Где-то постукивал с перерывами дятел.
Наст не выдержал и проваливался под осторожными шагами девушки. Ноги утопали в снегу почти по середину икры. Идти было трудно. "Как же не хватает моих снегоступов" - подумала Вита.
Девушка облегчённо вздохнула, когда вышла на утоптанную площадку лагеря. Ноги, лишенные снежных оков, обрели крылья. Вита направилась к своему шатру.
Ещё издалека она увидела темную фигуру Порка возле входа в лазарет. Со стороны он был похож на коренастого небольшого медведя. Воин тяжело похаживал из стороны в сторону, придерживал левую руку за локоть и морщил лицо.
Вите захотелось развернуться и снова уйти в лес, но Порк уже заметил ее. Блестящие черные глаза неотрывно следили за девушкой.
- Можно обратиться к вам, госпожа лекарь? - проскрежетал он с фальшивой любезностью и приторной улыбкой.
- Да, конечно, - ответила Вита, озираясь вокруг в беспомощности.
Они вошли в шатер. Девушка жестом руки указала на место возле костра, куда и присел Порк. Сама Вита сняла теплую шубу, налила воды в таз и сполоснула руки.
- Что случилось? - спросила девушка, подходя к войну.
Улыбка на его лице странным образом сочеталась с колким и липким взглядом.
- Вот локоть вроде как вывернул, - указал Порк на свою левую руку.
- Сними верхнюю одежду и засучи рукав, - Вите хотелось быстрее с этим покончить. Один только вид Порка вызывал панические мурашки на затылке.
- Так сразу? А на вид и не скажешь, что ты такая прыткая, - отпустил он стальную шуточку, и раздался булькающий смех.
Девушка сделала вид, что не услышала. Порк выполнил указание и протяну к ней пострадавшую руку.
Визуально Вита не обнаружила каких-либо отклонений: припухлости или покраснения... Поэтому одной рукой она взяла мужчину чуть ниже локтя, а другой стала прощупывать сустав.
Внезапно Порк крепко схватил ее вполне здоровой рукой, потянул на себя и перекатился так, чтобы девушка оказалась под ним. Потная грязная ладонь, от которой пахло рыбой, зажала Вите рот.
- Ну что, сучка, не ждала? - прошептал он ей на ухо и обдал перегаром.
Девушка почувствовала, как другая его рука сражается с подолом ее платья. Оцепенение, завладевшее телом Виты в мгновенье схлынуло. Она уткнулась руками Порку в грудь в попытке оттолкнуть, извивалась и старалась пронзить коленом пах.