Но две легенды не могли так просто сойтись в одну.
— Будь осторожна, Бренна Око Бога. Помни о клятвах и храни их.
Она нахмурилась.
— Теперь я и тебя не понимаю.
— Прости меня, — усмехнулся он. — Иди и повидайся с ним. Если тебе от него ничего не нужно, скажи ему об этом. Если что-то есть, тоже скажи. Но разделяй свое сердце и свой ум. Каждый выбор влечет свои последствия.
— Мне больше нравится, когда со мной никто не разговаривает, — проворчала она и повернулась к своей лошади.
Глава 3
Часто, когда утром Ольга просыпалась и открывала глаза в уютной постели под защитой прочных замковых стен, она чувствовала, что все вокруг — словно сон. Варвары из-за моря дали ей то, чего она не знала раньше, — незнакомую силу и ощущение безопасности.
Те же самые мужчины и женщины, что убивали людей в рыбацкой деревне, те же, кто сделал ее рабыней, бил и насиловал ее и других женщин, которых решили оставить в живых, те же, кто, казалось, пришел на эту землю, чтобы оставить после себя океаны крови и горы тел, куда бы они ни шли — те же самые чудовища всего за несколько недель в замке дали вторую жизнь Ольге и тем из ее народа, кто остался в живых.
Как будто они отправили чудовищ обратно в море на своих странных кораблях с драконами и оставили в замке только обычных людей.
Они открыли склады принца Владимира для жителей деревеньки. Люди, которые всю жизнь жили в бедности, теперь имели все. Дикари в окровавленной коже проявили себя более благородно, чем титулованный лорд в золотых цепях и парче.
Ольга больше не была рабыней; Леиф и его друзья освободили ее через несколько дней после переезда в замок и разрешили остаться, если она захочет. Леиф попросил ее остаться и взять на себя управление замком, а также попросить других жителей деревни остаться и работать на них.
Он попросил ее. Ни один человек, обладающий властью над ней, никогда не просил ее о чем-либо и не спрашивал ее мнения.
Когда она сказала, что никогда до этого не управляла замком, он рассмеялся и сказал, что ни он, ни его друзья тоже этого не умеют. Он сказал, что все они будут учиться вместе, его голубые глаза горели.
Ольга согласилась. Теперь они относились к ней как к равной, и она обнаружила, что управлять замком, работая на тех, кто не ждал от нее слишком много, не было такой уж сложной обязанностью. Ее работа заключалась в том, чтобы люди были сытыми и им было, где спать. Это не так сильно отличалось от того, что она делала как целитель, — понять, что нужно человеку, и сделать так, чтобы он это получил.
С языками было тяжелее. Ее разум кружился весь день, пытаясь удержать в памяти два языка, переводя с одного языка на другой и обратно, и пытаясь научить языку налетчиков, тех, кто хотел общаться самостоятельно.
Не все налетчики говорили одинаково. Иногда слова, которые слышала Ольга, звучали совсем не похоже на те, что она уже знала, и ее мозг просто закипал.
До сих пор Леиф был единственным из варваров, кто хотел выучить ее язык. Он часто искал ее, чтобы взять очередной урок. Эти встречи были лучшей частью Ольгиного дня.
Ее словарь рос не по дням, а по часам, и ей все реже приходилось останавливаться, чтобы подобрать слово, хотя с изящностью предложений пока было тяжело. Иногда с ней говорили очень быстро, одновременно на обоих языках, и голова Ольги едва не разрывалась от такой какофонии.
Сидя за массивным столом в главном зале замка, с Леифом, Вали, Бренной и несколькими другими налетчиками и жителями деревни, Ольга сжимала руки на коленях. Эти встречи были одной из ее самых трудных обязанностей. Многое упиралось в ее умение передать информацию людям, которые не могли понять друг друга. Одно дело, когда они обсуждали деревенские новости и строили планы на зиму или просто обменивались знаниями. Но сегодня из разведки вернулись Торд, Сигвальд и Вигер — они уезжали, чтобы разузнать об угрозе, которую представляли двое других принцев, основавшихся на соседних землях.
Если бы Ольга неправильно поняла сказанное или использовала бы неправильное слово, чтобы передать смысл, все могло бы окончиться войной. Она чувствовала эту ответственность, как свинцовый груз, давящий на шею.
— Самое дальнее владение — день пути верхом на северо-запад, — рассказал Вигер. — Голубой флаг с белым летящим драконом.
Ольга знала, что это флаг принца Тумаса, самого могущественного из соседей. Он и Владимир были равны по силе и много раз сражались, постоянно смещая границу владений. Она перевела, что сказал Вигер, жителям деревни, которые сидели рядом, обращаясь преимущественно к Яану. Хоть он и был молод, но слыл умным и проницательным. Жители деревни знали только, как умирать во время войны, но Яан видел то, что другие не замечали или не хотели видеть.