Отсчитываю несколько крупных купюр, остальное кладу на место и возвращаюсь в кухню.
— Только отстань от меня и тем более от Нютки, — шиплю и кладу купюры на стол.
Отец довольно хмыкает, без доли стыда сгребает купюры со стола и пересчитывает. Я каждый раз удивляюсь, как он еще не потерял способность считать.
— Там за свет надо еще заплатить, — произносит, ничуть не смущаясь, — и воду.
Сжимаю кулаки, молча наблюдаю, как отец покидает кухню.
Вероятно, я плохой человек, но иногда кажется, что Нютка права и лучше совсем не иметь родителей.
Глава 13
Следующие несколько дней проходят относительно спокойно. Даже появляется некая иллюзия нормальной жизни. Только Нютки мне дико не хватает: ее смеха, улыбки, этих невероятно милых, пухлых розовых щечек. Безусловно, каждый вечер я набираю номер тети Мани и добрых полчаса разговариваю с малышкой обо всем на свете.
Всякий раз она весело тараторит в трубку, рассказывая то одно, то другое, а я тихо посмеиваюсь над тем, что язык сестренки не всегда успевает за мозгом. Она переключается с одной темы на другую, с восторгом обрисовывает свои будни в компании новых друзей — ребятишек, приехавших на лето к бабушкам и дедушкам. Малышка кажется счастливой и довольной, а это единственное, что меня волнует.
Тетя Маня уверяет, что Нютка не доставляет ей никаких проблем, напротив, малышка скрашивает ее досуг. По утрам они в компании соседок ходят к пруду. Взрослые размеренно отдыхают, а дети радостно резвятся в воде. За тот небольшой срок, что они провели в поселке, тетя Маня уже успела прислать мне несколько десятков фотографий резвящейся Нютки.
Я с улыбкой просматриваю фотографии, все больше убеждаясь в правильности своего решения. Сестра находится в здоровой обстановке и получает удовольствие от жизни. Разве могла я желать большего?
Пусть ненадолго, но она забудет об ужасах проживания в одной квартире с алкоголиками.
И все идет как надо, в общем-то, даже родители не особо достают. Отсутствие Нютки их и вовсе не волнует, а я делаю все, чтобы они и дальше никак не интересовались сестренкой. Правда, за время каникул Нютки моя заначка знатно поредела.
Вторую работу я так и не нашла. Милке повезло больше, она устроилась в небольшую забегаловку неподалеку от дома. Просила и за меня, даже пыталась уступить мне свое место, потому что до сих пор винит себя, но я отказалась. Место было только одно, а у Милки больной отец. Расходы у нее значительно выше моих, пусть она и держится молодцом, но я-то знаю, не глупая, понимаю, чего стоит поставить человека на ноги.
Услуги сиделки, разного рода приспособления для малоподвижных, лекарства — все это обходится в кругленькую сумму.
— Ну как ты? — мой поток мыслей прерывает голос подруги.
Оборачиваюсь, за мной и правда стоит Милка. Смотрю на подругу и в который раз невольно присвистываю.
С тех пор как она пришла на трек, фигуры остальных грид-герл как-то померкли на фоне подруги. Безусловно, некоторым, включая Аньку, сей факт ой как не нравился. Почти сразу Милка столкнулась с легкой формой буллинга. Но удивили меня вовсе не попытки плюнуть ядом в сторону Журавлевой. Нет. Удивительной была реакция Милы. Ее холодное безразличие и едва ли не королевская выдержка. Надменный, отчасти даже презрительный взгляд, коим она одаривала каждого, кто пытался сцеживать яд в ее сторону, будь то кто-то из девчонок, или гонщик, или даже проходящий мимо зритель гоночного шоу — вызывал даже у меня неконтролируемую дрожь. А редкие, но весьма едкие фразы Журавлевой — и вовсе отбивали у задир всякое желание задевать новенькую. Правда, непоследнюю роль сыграл Женя Волков.
После болезненного разрыва отношений с Ромой Мила подробности своей личной жизни больше не открывала. Иногда мне казалось, что она просто стыдится случившегося с Шаховым. А стыдиться должен он. За разбитое сердце и растоптанные чувства.
Какие отношения связывают Милу и Женю догадаться было не сложно. На треке все были убеждены в том, что они пара. Мила этого не отрицала, но вдаваться в детали не желала. Я ее решение уважала.
— Все хорошо, — натягиваю на лицо улыбку.
— Что-то по тебе не скажешь.
— Так плохо выгляжу? — улыбаюсь, пытаясь перевести все в шутку.
— Нет, просто устало.
— Все нормально, Мил.
— Предки достают? — понимающе интересуется подруга.
— Да нет, не достают, — усмехаюсь.
— Все продолжаешь откупаться? — зрит в корень Журавлева.
Я собираюсь ответить, но в этот момент со стороны раздается звонкий смех. Я машинально поворачиваю голову к источнику звука и закатываю глаза. Как же надоело видеть этого придурка на треке. Почему его не вышвырнули отсюда после того случая?