Глава 3
— Ты че творишь!!!
Меня грубо отталкивают, и я уже готова приземлиться на асфальт, но кто-то одним ловким движением успевает подхватить меня у самой земли. Открываю глаза, с ужасом смотрю на удерживающего меня Женю. Парень помогает мне принять устойчивое положение и первым делом мой взгляд цепляется за Сашу, стоящего на том месте, где еще мгновение назад находилась я.
— Димон, хорош, — орет какой-то незнакомый мне парень.
Словно в замедленной съемке байк поворачивается и, подняв в воздух очередное облако пыли, встает на оба колеса.
— Ты совсем дебил что ли? — орет Саша.
Тот самый Димон медленно снимает шлем и окидывает всех присутствующих взглядом.
Псих. Иначе не скажешь. Становится как-то неуютно тихо, зрители молча наблюдают за надвигающейся бурей, девчонки едва слышно перешептываются, парни орут. Незнакомый мне, светловолосый парень толкает спрыгнувшего с байка Диму в плечо и что-то ему выговаривает. Из-за грохочущего в ушах пульса с трудом разбираю обрывки фраз. Парень продолжает надрываться, но Димон его уже не слушает.
Взгляд этого психованного вновь обращается на меня, и я теряю самообладание. Такой лютой ненависти, такой огненной ярости, я не видела никогда. Его глаза горят нечеловечески лихорадочным блеском, на скулах пляшут желваки, на шее дергается кадык. Грудная клетка парня высоко вздымается. Он напоминает разъяренного буйвола, готово затоптать своего обидчика. Такая неприкрытая агрессия и все из-за какой-то дурной шалости? Подумаешь, рванул четвертым.
Я невольно делаю шаг назад и тут же упираюсь в преграду в лице Жени. Парень все также стоит позади меня и сейчас мне хочется просто прижаться к нему в поисках любой защиты. Мне становится по-настоящему страшно. Судя по совершенно дикому взгляду Димы, слова блондина на него не действуют. Я нутром чувствую его желание разорвать меня на куски. Меня успокаивает лишь то, что вокруг полно свидетелей, впрочем, это не помешало ему напугать меня до чертиков.
Перед глазами тут же всплывает нависающее надо мной, огромное черное колесо. Сглатываю, моргаю несколько раз, чтобы отогнать наваждение. Сама не знаю, зачем продолжаю смотреть на этого ненормального, он же меня убить мог, в самом деле! Не знаю и смотрю, прямо в его черные глаза смотрю, не в силах отвести взгляд.
Светловолосый снова толкает его в грудь, и Дима на секунду отвлекается, переводит взгляд на блондина. Мне этого оказывается достаточно, невидимая связь, удерживавшая меня на месте все это время, лопается. Я разворачиваюсь, обхожу Женю, и что есть сил мчусь к раздевалкам.
Тяжело дыша, забегаю в помещение и сразу бегу к двери ведущей в туалет. Подлетаю к раковине, включаю холодную воду и начинаю усердно умываться, наплевав на макияж, отнявший у меня полтора часа жизни. Стираю с лица остатки туши, выдавливаю мыло из дозатора и еще раз промываю лицо.
Красная, как рак, смотрю на свое отражение в зеркале. В глазах до сих пор теплится пережитый несколькими минутами ранее ужасом.
Ненормальный, он совершенно точно ненормальный. Кто вообще допустил к гонкам психически нестабильного человека?
Он же неуравновешенный, больной на голову.
Сколько ни пытаюсь, не могу привести дыхание в норму. Ладонями упираюсь в мраморный стол, наклоняюсь над раковиной и закрываю глаза. Сердце в груди стучит с бешеной скоростью, ноги дрожат, и я всерьез опасаюсь за свое состояние.
Едва передвигая ногами, выхожу из туалета и иду к ближайшей скамье. Мне нужно прилечь. Совсем ненадолго.
Только закрываю глаза, как в дверь раздается стук.
— Да.
— Ты как? — слышу голос Нади. Шаги становятся громче, кажется, девушка не одна.
Открываю глаза, медленно принимаю сидячее положение. В раздевалке обнаруживаю Сашу, Надю и Женю. Смотрю на ребят удивлено.
— Что вы здесь делаете?
— Как ты? — повторяет вопрос Нади Саша.
— Нормально.
— Ты вся дрожишь, — замечает Надя.
— Все хорошо, просто… кто это вообще? — спрашиваю и смотрю почему-то на Сашу. Как будто уверена в том, что он точно знает.
— Димас, он раньше гонял с нами, в соревнованиях участвовал, первые места брал, потом случилось что-то, какая-то история мутная, никто толком не знает, он с радаров исчез, говорили в армию отравили, короче… Вот вернулся.