Я, похоже, схожу с ума, потому что все это никак не укладывается в моей голове.
В коридоре слышатся чьи-то шаги. Поднимаю голову, на пороге замечаю Ника. Он останавливается, опирается плечом на дверной косяк и вперяет в меня недовольный взгляд.
— И какого хера это было?
— Отъебись.
Встаю, переодеваюсь в нормальную одежду. Давно я не носил этот презерватив, называемый комбинезоном. По-хорошему бы метнуться в душ, но хочется убраться подальше от этого места, чтобы не дай Бог…
Надеваю футболку, на секунду замираю, пробегаюсь глазами по шрамам — единственному напоминанию о произошедшем почти три года назад. Тело отвечает ноющей болью в тех местах, где когда-то были переломы и трещины.
Все зажило, заросло, затянулось. Все, кроме дыры в груди.
Глава 5
Молча бросаю вещи в сумку, застегиваю молнию, закидываю ремень на плечо и, не глядя на лучшего друга, взирающего на меня со стороны, выхожу из раздевалки. За спиной раздается шумный вздох, а следом тяжелые шаги. Все также, не говоря ни слова, иду к выходу.
Снаружи снова осматриваюсь, щурюсь, в попытках выцепить нужную мне фигурку. Она просто не выходит у меня из головы. Эти длинные темные волосы, огромные голубые глаза, плавные изгибы почти обнаженного тела. Сжимаю кулаки и, словно обухом по голове, бьет осознание — хочу эту дрянь.
— Ты идешь? — нетерпеливо кидает друг.
Я бросаю последний взгляд туда, где видел ее несколькими минутами ранее, и иду следом за Ником.
А висках стучит пульс, голова раскалывается, тело ломит от желания. Шумно втягиваю в легкие воздух, прикрываю глаза, стараюсь успокоить взбесившееся сердце, подавить неуместное возбуждение.
Просто девка. Просто похожа.
Повторяю себе, как мантру, и плетусь за Ником к машине. Он снимает сигналку, тачка приветственно мигает фарами. Закидываю сумку на заднее сидение, сам плюхаюсь на переднее и захлопываю дверь.
— Пристегнись, — шипит Ник.
Злится еще.
— Ладно тебе, хорош, никто не умер, — пытаюсь снизить градус, сам тянусь к ремню, пристегиваюсь.
Ник делает то же со своим, заводит машину и выворачивает руль. Мы выезжаем с территории трека, Ник молчит, смотрит вперед, сосредоточенный на дороге, руки с силой сжимают руль.
— А если бы кто-нибудь пострадал? — наконец не выдерживает друг и взрывается очередным упреком. На секунду поворачивает голову в мою сторону, бросает на меня убийственный взгляд.
— Но не пострадал же, — усмехаюсь и отворачиваюсь к окну.
— Дим, ты думаешь, я не понял?
Я молчу, не хочу признаваться в собственной тупости. Вышел из себя из-за незнакомой девицы, точной копии бывшей. Меня взбесило в ней все, каждая гребанная деталь, каждая мелочь. Эти большие оленьи глаза, взгляд непонимающий, потом дерзкий, ухмылка сучья…
Красивая, такая же красивая, как Соболева. Ни одного долбанного изъяна, кроме продажной душонки.
Ник паркуется у первого попавшегося бара. Я не возражаю, мне в общем-то похер, где пить и что. Мне просто надо выпить. Сейчас. Много.
Не дожидаюсь, пока друг заглушит двигатель, выхожу из машины, хлопаю дверью и иду ко входу в эту Богом забытую забегаловку.
В нос ударяет стойки запах едкого сигаретного дыма. Законы нам не писаны. Похер.
Подхожу к барной стойке, забираюсь на высокий стул и подзываю бармена. Здоровенный бородатый мужик отбрасывает в сторону полотенце и подходит ко мне. Рядом тем временем садится Ник.
— Что будете? — басит бородатый.
В тоне его нет даже намека на вежливость. В памяти тут же всплывают отрывки из старых американских боевиков. Криво усмехаюсь, смотрю на Ника и пожимаю плечами.
— Давай самый дорогой вискарь, что есть… или водку? — снова перевожу внимание на друга.
— Я за рулем вообще-то, — напоминает друг и криво ухмыляется.
Я-то понимаю, что он меня просто нарочно бесит, будет он тут сидеть и смотреть, как я в одиночку глаза заливаю, ага, но повыделываться возможности он в жизни не упустит. К тому же я чутка лажанул.