Хоть бы и впрямь не решил меня с собой рядом уложить. Хотя... вряд ли даже такой на меня покусится...
- Противно, да? - голос предательски задрожал, а на глаза сами собой выступили слезы. - Ну и нечего тут стоять, меня рассматривать и нос воротить! Я...
- Почему "противно?" - он перевёл таки нахмуренный взгляд на моё лицо и я даже замерла на мгновение с открытым ртом, когда увидела цвет его глаз. Совершенно синий. Глубокий, без примеси серого... Индиго, кажется, называется...
А может это линзы? Да, точно, наверняка! Таких ведь глаз в природе не бывает, уж кому, как не мне, это знать...
- Ну? - напомнил мой типа спаситель, что вообще-то он задал вопрос и одидает на него ответ.
А я... да, я была - как всегда. Мне это и Егор говорил. Вечно в своих мыслях. Вечно думала-думала-думала... Даже во время нашего секса обдумывала и оценивала всё происходящее до мельчайших деталей... Может потому и удовольствие от процесса получала, мягко скажем, редко. А муж злился...
Стоило вспомнить почти бывшего супруга и нашу интимную жизнь, а ещё - так и не свершившуюся беременность, как стало снова очень жалко себя. И обидно! И вообще...
- Да потому, что никому я такая не нужна! - выкрикнула внезапно, так, что бугай даже брови поднял вверх. - Ни тебе, ни мужу моему, ни ещё кому другому! И не делай вид, что не видишь, какая я сейчас грязная и... толстая... и некрасивая!.. И не надо...
Сама не поняла, как внезапно сорвалась на рыдания и...
...И так же внезапно замолчала, вернее, подавилась воздухом, когда к моим распухшим губам требовательно и почти грубо прижались горячие мужские. А на затылок, не давая вырваться, легла огромная лапища. Да-да, та самая, суровая, которая покушалась на грудь Семенович...
Господи, о чём я вот сейчас думаю?..
* 11 *
"Ну вот и началось, да? - промелькнуло в голове. - Значит, он меня всё-таки именно с этой целью привёз?.. И что же мне теперь делать?.."
Но дальше этого вопроса мысли почему-то не пошли. А захотелось...
Да, захотелось просто закрыть глаза и целоваться. Пусть даже вот с этим огромным мужиком. Только бы ещё хоть ненадолго почувствовать себя не грязной замарашкой, а желанной женщиной.
А в то, что этот самый Платон меня хотел, почему-то я внезапно безоговорочно поверила. Слишком уж настойчиво он целовал. Просто смял мои губы, обхватил своими, словно присваивая. Потом раздвинул их языком и прошёлся им по ряду моих зубов. А потом...
Потом я и сама не поняла, как сдалась, впустила его настойчивый язык. Да что там впустила, я ещё и стала отвечать на поцелуй, даже не пытаясь вырваться. Может это потому, что была одурманена абсолютно невероятным мужским запахом? Это должно быть запрещено - вот так пахнуть!
В процессе поцелуя насильно задвинула на задний план мысль, что ещё совсем недавно боялась этого мужчину до потери разума. Ну может и боялась, да! Но я ж его не знала!..
Ага, а теперь, можно подумать, знаю...
Наверное, этот Платон сам не ожидал, что я так быстро сдамся. Сначала прижал меня к себе за затылок довольно крепко, а потом, осознав, что я не особо и вырываюсь, ослабил хватку и с утробным рычанием... смял второй рукой мою грудь. Но мне это почему-то очень понравилось. Было видно, что он целует меня не из жалости, а потому что и впрямь хочет. Пусть и не пытается быть нежным, не спрашивает, хочу ли я...
И в какой-то момент я даже почти поверила, что он и впрямь "запал" на меня, как выразился его друг. И вдоль позвоночника побежали щекотно-будоражащие электрические заряды. Выгнулась навстречу огромной лапище, интенсивно сжимавшей и мявшей сквозь слои ткани нежное полушарие, и сама не поняла, откуда взялось желание эту ткань с себя снять. Я даже с Егором и то не всегда полностью раздевалась. А тут...
С удивлением почувствовала, как от нехитрых ласк мужчины внизу живота сладко потянуло, а между бёдер всё запульсировало и стало сжиматься в ожидании более откровенной ласки. И я почти неосознанно подняла руки, которые до этого судорожно сжимали мобильный телефон, и положила обе ладони на широчезную грудь. Со странным восторгом почувствовала, как часто и громко бьётся сильное мужское сердце. А ещё уловила, как тяжело Платон дышит...
"Мамочки! - снова примчались дурные непрошенные мысли. - Если ж он такой огромный ростом, то у него же и там всё должно быть соответствующего размера, да!?.."
Но под действиями мужского языка мои предположения и фантазии почти сразу отступили на задний план. Вместо этого я непроизвольно переключилась на здесь и сейчас, пытаясь запомнить ощущение своей женственности и желанности. Восторженно проследила, как ручища с моего затылка поползла вниз, вызывая желание замурлыкать, как огладила , кажется, сразу две мои лопатки (куда там бюсту Семенович), с нажимом прошлась по талии, а потом опустилась ещё ниже...