И не просто дурой! А самой дурной дурой из всех дур!
За то, что столько лет любила его. За то, что верила ему, отдавала всю себя нашей семье, хотела от него ребёнка... нашего, общего... ещё и желание на Новый год загадала...
Словно в немом кино смотрела, как девица повернулась в мою сторону и улыбнулась мне абсолютно без стеснения. Наоборот, настолько нагло, что моментально стало понятно, чья режиссура у этого спектакля.
- Аня, что ты хотела? - муж опять попытался взять ситуацию под контроль, но с расстегнутой ширинкой сделать это у него получалось явно не очень. А блондинка так и продолжала сжимать его член своей цепкой лапкой с длинными-предлинными наманикюренными ногтями... и золотым браслетом...
Я не понимала, почему не ухожу. Почему не оставлю этих двоих продолжать наслаждаться друг другом. Я просто стояла и молча, крича внутри от боли, и, словно ненормальная мазохистка, смотрела, как рушится на мелкие осколки мой внутренний идеальный мир. Мои мечты, мои надежды, ожидания... моё СЧАСТЬЕ... Смотрела и не понимала, как дальше жить...
И как начать дышать воспалёнными от нехватки кислорода лёгкими. Как не упасть в обморок прямо здесь, если моё сознание просто не справится с обрушившимся на него кошмаром. Нет, я не плакала, я просто отупела от той невыносимой раздирающей агонии, от бессилия и отчаяния, что сейчас выжигали, вытравливали кислотой всё, что было живого во мне.
- Аня! - резко дёрнулась от окрика Егора, убрав, наконец, ладони от лица и сделав такой необходимый вдох. - Что ты хотела?
В голове странно зашумело, но всё-таки с потоком втянутого воздуха немного прояснилось.
- Что я хотела? - проговорила я зачем-то вслух, но обращалась сейчас к самой себе, - До того, как зашла в кабинет, хотела подписей на договоре... А сейчас хочу развод...
И зачем-то стала подбирать с пола рассыпавшиеся бланки двух экземпляров, которые теперь никто уже не подпишет...
Краем сознания я понимала, что должна уйти, убраться из этого кабинета, из этого кошмара, но я знала, что это ничего не изменит. Что кошмар теперь будет не снаружи, а внутри меня. Будет убивать каждую минуту моей жизни, что теперь просто потеряла смысл.
Поэтому, закончив с собиранием страниц, прижала их к груди, словно хотела пожалеть за ненадобностью, и так и осталась стоять, не в силах сдвинуться с места, настолько меня оглушило нереальностью происходящего. Наверное, я просто не понимала, что дальше делать и куда идти...
Это же на развод нужно подать... и жильё найти... и вещи собрать...
- Когда? - Егор всё-таки вырвался из цепких когтей девицы, встал из своего кресла, застегнул ширинку и двинулся ко мне.
- Что? - подняла на него глаза, не поняв сначала вопроса. - Когда развод?
- Инсеминация когда!? - зарычал муж, ожидаемо теряя терпение от моей тупости. - И какой, нахрен, развод!?
- Инсеминация завтра, - ответила чисто автоматически. - И я тебе говорила, что перед ней нужно воздержание в течение трёх дней...
Господи, зачем я это сейчас произнесла!..
И почему на губах стало так сóлоно...
- Но теперь уже всё равно не получится... - это тоже было сказано не для него, для меня. - А развод, наверное, через месяц.
Егор подошёл почти вплотную, привычно засунув руки в карманы халата...
Такой знакомый, родной жест... такой любимый... раньше...
- Почему не получится? - муж, вернее, будущий бывший муж, смотрел на меня совершенно обычно, даже без малейшей тени вины на красивом мужественном лице. - Я же не кончил. Извини, забыл, что ты предупреждала...
Наверное, если бы я не находилась в странном спасительном отупении, задохнулась бы от его слов и тона, каким они были сказаны. От того, что, получается, никакой другой вины, за которую нужно было бы извиниться, он не чувствовал...
И по-хорошему, сейчас мне нужно было влепить ему пощёчину. Или заорать, чтобы он замолчал. Или...
Но я как замёрзла с самого начала, увидев эту сцену, так и не смогла выплеснуть никаких эмоций и сейчас. Позже. Знала, что меня накроет позже. Когда я буду выть в подушку, проклиная свою женскую несостятельность и лишние килограммы, заставившие Егора смотреть налево на других. Когда буду заливать своё горе коньяком и плакаться в жилетку подруге Ритке, которая совсем недавно прошла через те же грабли. Когда я....
Нет, это всё будет позже...
А сейчас я просто развернулась и направилась к выходу, понимая, что говорить нам больше не о чем. Просто сделала несколько шагов от человека, которого ещё пару минут назад считала самым близким на Земле, и которй оказался совершенно чужим... Знакомым незнакомцем...