День Рождения 19 лет, праздник для кого-то, не для меня. Ненавижу отца. Именно в этот день отец подарил подарок десять лет назад.
- Мы освободились от неё сынок. Мать умерла.
То, какую ненависть я испытал к нему не передать словами. Отвращение, желание убить его. Но я научился, научился быть сильным. Не перед ним. Страх перед отцом родился вместе со мной. Он совсем не сильный здоровый мужчина. Годы разгульной жизни сделали свое дело. Он жестокий садист. Я гораздо выше и возможно сильнее его, но перед ним я становлюсь трясущемся ребенком.
Собрав всех друзей в своем клубе, решил тусить. Три самых лучших, самых надежных друга. Всегда со мною рядом. Стас – наша крыша, решит любые проблемы с законом, там семья из элиты. Макс – красавчик иногда в шутку зовём его Делоном, тоже ребенок с золотой ложкой рожденный и невероятный хакер. Ну и конечно Игорь, вот кого нужно бояться, познакомились с ним несколько лет назад, мальчик из детского дома. Опасный и совсем поехавший. Как решает проблемы нам не до конца известно. Но то, что он может все. Это реально так. Стас нашел своё успокоение в милой девчонке Славии. Он изменился до неузнаваемости. Бабник, задира превратился в её ручного котика. Я смеялся над ним, подшучивал, но в душе завидовал белой завистью. И вот сегодня он не отлипает от нее, смотреть на них одно удовольствие. Она теперь нам всем как сестра и не дай бог кто тронет ее хоть пальцем, будем крушить на ровне со Стасом
- Ну что Димон, когда от отца свалишь?
Задает вопрос Игорь.
- Не знаю, кто позволит.
- А давай напугаем его, ночью, я смогу.
- Угомонись уже. Ты всё можешь.
- Ты же знаешь, что всё.
И я действительно знаю, что Игорь сможет все. И плевать. Что за шишка и сколько у него охраны. Мы и сами его опасаемся. Но за него порвем любого. И он это знает.
- Знаю. Пойду схожу к бару.
- Давай.
Подхожу к бару. Стоят две девушки. Ода мелкая такая. Интересно ей хоть восемнадцать есть? Ну или хотя бы паспорт получила. Хотя охрана должна проверять.
- Лев, виски дай.
Говорю бармену.
- Ну привет козёл.
Очень медленно оборачиваюсь. На мелодичный голос. Та самая девчонка, маленькая такая, еле до плеч мне достает, волосы русые собраны в высокий хвост, джинсы на ней такие смешные. А глаза … Глаза зелёные, светлые будто раннее утро. Меня парализовала глубина её взгляда. Сердце ускорило свой стук. Так стоп. Стучит так, что уши закладывает, это моё? Моё сердце? Я уже и забыл, что оно у меня есть. Во рту резко пересохло. Меня овеяло такой нежностью, что я забыл, как дышать. Губы у неё красивые, как спелая вишня, и на вкус скорее всего сладкие. Бл..ь о чем я вообще думаю. Вот только что вылетает из них… От её слов я просто обалдел. Встал в ступор, совсем малявка бессмертная. Начинает нести какую-то ахинею, а том, что проигрался и бросил. Блин, неужели я и правда кувыркался с ней. Да ну нафиг её я б точно запомнил. Эти глаза я бы не забыл явно. Ещё и плачет. Нет раньше её я точно не видел. Что за хрень происходит? Эйфория уходит на второй план. Поднимается злость, ярость. И мне не удается ее сдержать. Просто всплеск каких-то эмоций, что за фигня. Столько эмоций за один день я уже давно не испытывал. Слишком давно. Я уже и забыл какого это, что – то чувствовать. Я даже растерялся.
- Ты кто такая дура?
Дура, потому что, я раздавлю ее как букашку. Мелкая, куда вообще рот раскрывать.
- Дура?
Девчонка завизжала так, что перепонки мои не выдерживают. Начинает дальше нести всю чушь. Так это явный перебор. Что это? Подстава? Перед отцом? Здесь же конечно журналюги, хоть я и говорил не пускать их в клуб, но фото всегда появляется. И что мне будет. Если разнесется что я не примерный мальчик, а кобель какой по всем сми. Что он придумает на этот раз. В прошлый раз он наслаждался, когда топил меня. На его гнусной физиономии просто читалось удовольствие. Она ещё и трусом меня назвала. Меня так никто ещё никто не называл и никому с рук это не сойдёт.
- Ты в своем уме?
Говорю спокойно, ума ведь там явно нет. Сдерживаюсь из всех сил. Начинает охать, ахать. Так все понятно, актриса фиговая из неё. Ну всё терпение на пределе. Я взрываюсь, только вот боюсь своих столь долго спящих эмоций.