Рок помолчал. Стоять рядом с ним было глупо, а присесть на край кровати – страшно.
- Прости, что разбудила, – вздохнула я. – Утром… я накормлю тебя утром, если ты не голоден сейчас.
Мне не хотелось ложиться, точнее, чем дольше я стояла, ежась от ночной прохлады и недавнего всплеска эмоций, вызванных давним кошмаром, тем сильнее мне хотелось лечь рядом с Роком, прижаться к его горячему гладкому телу.
Обнять.
...что за глупые мысли!
- Не голоден.
- Как ты ощущаешь опустошённость резерва? – неожиданно для себя спросила я. – Каких способностей ты лишился? Обращаться в дерево надолго?
- В том числе.
Говорить об утраченных способностях Рок явно не желал, и давить я не стала.
- Что бы ты ни думал обо мне, я не хочу тебя принуждать.
- Но ты принуждаешь. Что бы ты ни думала обо мне, – он передразнил меня, – обо мне и моём народе, твои действия были безнравственны и бесстыдны. Боги повелели нам скрывать органы размножения и обнажать их лишь в акте супружеской близости!
Мне снова захотелось и уязвить его, и смутить, но я заставила себя промолчать. Осторожно присела у самых его ступней.
- Ты прав. Но предложи другой выход. Мой… наниматель настаивал на скорейшем восстановлении твоего резерва. Зачем-то ему это очень нужно, и своего он добьётся. Если не выйдет со мной, он найдёт другого, поверь. То, что обнаружила я, станет известно очень быстро. И церемониться с тобой не станут. Мой… наниматель не связан никакими моральными ограничениями. Если для восполнения твоего резерва ему понадобится нанять полк падших женщин – он его наймёт. Единственное, чего ты добьёшься, это скрипа его зубов из-за лишних трат, но он это переживёт.
«Полк падших женщин»! Воистину, с кем поведёшься, так и будешь разговаривать.
Рок помолчал.
- Почему у тебя не получается просто… – он не договорил, но я поняла.
- Не знаю. Ты можешь не верить, но до тебя со всеми моими пациентами дело ограничивалось простым наложением руки. Возможно, дело в расположении. Возможно, в вашей расе. Или… ты просто закрываешься от меня. Так бывает. Если пациент искренне и со всей убеждённостью внутренне отрицает лечение, лекарь может оказаться бессилен.
- То есть, если я откроюсь, ты можешь сделать всё, что нужно, просто положив руку и не…
- Надо попробовать, – я пожала плечами. – Хочется надеяться, возбуждать тебя при этом всё-таки не обязательно. Я училась пять лет, чтобы стать целителем, а не ночной раскладушкой. Что бы ты обо мне ни думал.
И не удержалась напоследок от колкости:
- Но знаешь, если всё же без возбуждения не получится… я не расстроюсь. Смотреть, как ты борешься с желанием и безуспешно проигрываешь ему – отдельное удовольствие.
Пора было возвращаться и досыпать то, что осталось от этой ночи. Стараясь не глядеть на мигом ощерившегося Рока, я поднялась и подошла к окну. Распахнула занавески и окно, в надежде впустить свежий ночной воздух.
…и обнаружила за своим окном металлическую решётку, которой совершенно точно не было там ещё позавчера.
Недоверчиво уставилась на неё, поморгала, в надежде, что видение рассеется, но увы – пришлось вытянуть руку и вцепиться в чуть влажную металлическую перекладину.
Рухов Флетвик… он нас тут замуровать решил, что ли?! И когда только успел… Да ещё без единого звука. Наверное, опять какие-то дорогущие артефакты, сфера безмолвия или что-нибудь в таком духе.
Сейчас, кстати, никаким безмолвием и не пахло.
Я услышала невнятные приглушённые голоса, среди которых различила "не блажи, бабка!" и "нет её, тебе говорят, ну, уехала, надолго!" и мигом сделала стойку, как охотничий пёс. Накинула на ночную рубашку шаль плотной вязки, укрывшую меня, как плащ, с головы до ног, и распахнула дверь.
Стоявшие за ней люди явно не ожидали меня увидеть. Мужчины с военной выправкой, целых четверо, хотя до этого я была уверена, что нас с дроком сторожат всего двое. А ещё – нелепо закутанная, почти как я, сгорбленная женщина. Незнакомая.
Охране явно не понравилось, что дверь открыта. Боялись, что Рок умудрится выскочить и пронестись мимо них, пока мы болтаем?
- Идите спать, цера! – тщетно пытаясь соблюсти баланс между вежливостью и командным тоном военного, сказал один из четверых. – Всё в порядке. Простите, что, ну, разбудили…
Я не смотрела на него. Разглядывала женщину, краем глаза отметив и некую странность вокруг. Что не так?