Эпилог. Через пять лет
Лето.
Большой сад загородного дома — того самого, но перестроенного.
Стены белые, окна огромные, никакого подвала.
Детский смех разносится по лужайке.
Лукас — пять лет, тёмные волосы, зелёные глаза матери — гоняется за младшей сестрой Эммой.
Ей три, копия Лианы: те же ямочки на щеках, тот же упрямый подбородок.
Они кричат, падают в траву, хохочут.
Адриан сидит на террасе, ноги на перилах, кофе в руке.
Смотрит на них.
Улыбается той самой улыбкой — спокойной, настоящей, которую он научился только здесь и только с ними.
Лиана выходит из дома.
В лёгком сарафане, волосы короче, чем раньше, но всё те же зелёные глаза.
На бедре — татуировка A.B., уже выцветшая, но видимая.
Она не удаляла.
Сказала однажды: «Это часть меня. Как и ты».
Она садится к нему на колени.
Обнимает за шею.
Целует в висок.
— Они опять дерутся за качели.
Он смеётся.
— Пусть.
Потом помирятся.
Она кладёт голову ему на плечо.
— Ты счастлив?
Он поворачивается.
Смотрит ей в глаза.
Долго.
— Да.
По-настоящему.
Впервые в жизни.
Она кивает.
Улыбается.
— Я тоже.
Они молчат.
Смотрят на детей.
Шрамы остались.
У неё — внутри.
У него — тоже.
Они не говорят о прошлом.
Не часто.
Только иногда, ночью, когда Лукас и Эмма спят.
Тогда она кладёт голову ему на грудь и шепчет:
«Я не простила полностью».
А он отвечает:
«Я знаю. И буду искупать дальше».
Но они вместе.
По выбору.
По любви.
По правде.
Империя теперь чистая.
Фонды.
Благотворительность.
Книги — их совместные, анонимные, о выживании, о любви после ада.
Миллионы читателей.
Тысячи спасённых жизней.
Дети бегают.
Смеются.
Лукас кричит: «Мама! Папа! Смотрите!»
Показывает, как высоко качается.
Они встают.
Идут к ним.
Руки переплетены.
Лиана смотрит на Адриана.
Он — на неё.
И в этот момент они знают:
они исцелились.
Не полностью.
Не идеально.
Но достаточно.
Достаточно, чтобы жить.
Достаточно, чтобы любить.
Достаточно, чтобы быть счастливыми.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов