- Спасибо, папа,- я положила голову на его грудь, чувствую биение сердца и его ровное дыхание.
- Я люблю тебя, моя девочка. Не смотря ни на что, папа всегда рядом,- он поцеловал меня в макушку, а у меня второй раз за вечер полились слезы.
Краем глаза я увидела, что в зал вернулись парни, и Вадим направился в нашу с отцом сторону.
- Алексей Викторович, позволите увести у вас дочь?- папа посмотрел на появившегося парня и, с улыбкой на лице, передал ему мою руку. И вот я уже не в объятиях отца, а в руках самого лучшего парня на свете.
- Малыш, ты снова плачешь?- он чуть отодвинулся от меня и взглянул на мое лицо.
- Нет, конечно, нет,- я тут же начала стирать слезы с глаз.
Уже к полуночи я устала от сегодняшнего дня. Бабушки и дедушки начали собираться домой. Отец вызвал им такси. Ванюшу тоже уже клонило ко сну. Димка потихоньку укачивал его на руках. Мы с Вадимом спустились в низ, чтоб проводить его родителей и родителей Нади.
Уже ближе к часу ночи мы тоже оказались дома. Папа пронес на руках уже уснувшего Ваню в комнату, а мы с Вадимом тащили многочисленные букеты, которые разложили в ванне. Я решила завтра расправиться с ними, потому что сейчас бегать и искать для них тару, было выше моих сил. Пока любимый укладывал последние букеты, я ушла к Ване, чтоб раздеть его. Ребенок быстро вырубился в машине, так что сейчас даже не шевелился.
Я прошла в комнату, уже почти валясь с ног. Вадим сидел на моей кровати, держась руками за голову. Я подошла к нему и погладила по голове. Он в свою очередь обхватил меня за талию и прижал еще ближе в себе. Я чувствовала его горячее дыхание на своем животе.
- Ты останешься?- я перебирала его темные волосы.
- Если ты хочешь, то останусь,- он взглянул на меня, а я наклонилась и поцеловала его. Тем самым давая понять, что я хочу.
Глава 27.
POV Вадим
Хочет. И я хочу. Как же неистово я хочу быть с ней всегда, но судьба жестокая штука, которая разводит нас.
Последний день, когда я могу ее запомнить. Последний раз, когда я могу ощутить ее. Последний момент, когда мы- это мы, а не она и я.
Она стояла возле окна, когда я встал с кровати и подошел к ней. Провел аккуратно пальцами по завитым локонам. Ника ели заметно вздрогнула, ощущая меня за своей спиной. Я перекинул ее волосы на плечо, открывая себе доступ к шее. Целовал ее как в последний раз. Изучал ее тело руками. Запоминал каждый изгиб кожи.
Проделал дорожку из поцелуев от мочки уха до плеча, а моя девочка чуть нагнула голову, позволяя ласкать ее всю. Я провел пальцами вниз по ее руке, ели касаясь. Легкие мурашки появились на тельце любимой.
Я очень медленно расстегнул замок ее платья, освобождая от лишней одежды. Она уже была ни к чему. Торжество закончилось, пора облачаться в что- то попроще. Вероника легко помогла мне снять с нее платье и повернулась ко мне. В темноте комнаты я не видел ее лица, но ощущал руки, которые шарили по моей груди, расстегивая одну пуговицу за другой. Вот уже и я стою наполовину обнаженный перед ее цепким взглядом.
Вероника уронила меня на кровать. Как кошка пробралась ко мне сверху, продолжая страстно целовать мои губы. Ее руки были везде. На шее, на груди, на прессе. Она была везде. В ту же секунду, я остался и без штанов, а она без лифчика. Так моему взору открылось все, что я уже знал наизусть. Она выгибалась как кошка, давая мне терзать ее тело так, как хочется именно мне.
В этот раз она оказалась подо мной. Вся такая нежная и хрупкая в моих сильных руках. Безумно родная. Безумно вкусная и сладкая.
Я любил ее нежно и страстно. Ловил губами ее вырывающиеся стоны, не давая разбудить весь дом. Позволял ей владеть мои телом полностью. Был бы я художником, нарисовал бы ее, чтоб никогда не забыть, как она выглядит, уставшая от моих ласк. Уставшая от меня внутри себя. Но до безумия счастливая на моей груди.
Это был прощальный секс. Но знал это только я. Только я сейчас чувствовал себя последним уродом, который вот- вот бросит такую девушку. Девушку, которую любит то потери пульса. До последнего вздоха. Но сверху уже все решили за нас, не давая даже шанса принадлежать друг другу окончательно и бесповоротно.
Вероника почти спала, но сквозь эту дремоту, переплела наши пальцы.
- Спи, моя маленькая,- я гладил ее по волосам, убаюкивая своим голосом.- Я буду стеречь твой сон.
Я поцеловал ее в макушку, и она окончательно провалилась в сон. А я ушел в размышления. В ту ночь я совсем не спал. Все думал и размышлял, как так получилось, что эта стерва забеременела и смогла уговорить моего отца. Это не выходило из моей головы. Мне хотелось кричать во все горло от несправедливости. Хотелось бить и крушить все и всех.