— Печать развеяна, обычная магия больше в принципе тебе не поможет, ты сможешь пользоваться только магией света и призывать меня. Но сейчас тебе ещё нужно разобраться с последствиями отравления и только в полном здравии начать упражняться со своей истинной магией. Придётся забыть о старых познаниях и научиться приспосабливаться к новым, которые я тебе передал во время битвы. Твой резерв восстановится, потому больше пей укрепляющих и поддерживающих зелий, практикуй выносливость тела и духа. Сейчас отдыхай, призыв тебе дался тяжело, а впереди предстоит далеко нелёгкий разговор с тем магом. Верни меня обратно в мой мир, мы ещё успеем поговорить.
Я выполнила его просьбу, а после посмотрела за завораживающим процессом исчезновения духа. Его дело засветилось мягким светом и распалось на миллиарды мелких искр, которые растворялись в воздухе, так и не достигнув пола. Благодаря Каэлестису мне удалось расслабиться и отогнать мрачные мысли на противоположную сторону сознания. Все они касались демона, с которым я не рассчитывала столкнуться настолько скоро и осознать свою беспомощность. Даже сам Первый меч империи на его фоне казался безобидным котёнком.
Правда, так ли это на самом деле? Его способности создавать по истине сильные заклинания при наличии серьёзных травм поражали моё воображение и вызывали неосознанные опасения, а также страх на инстинктивном уровне. И против него я готовила месть и старалась всеми способами заставить страдать мага, которому даже раны не помеха? Более того, он смог создать портал, проигнорировав все запреты академии или даже другое измерение, созданное тварью. Насчёт последнего не уверена, но теория имеет место быть. Потому я не понимаю, что вообще из себя представляет Йонрейд Валдигот, а моя месть больше мне не кажется таким уж разумным ходом.
Глава 2
Изнывая от ожидания неминуемого очень неприятного разговора, результат которого для меня остаётся туманным. Первый меч империи как скрылся за соседней дверью, так словно там сквозь землю и провалился. Не было слышно ни единого звука, характеризовавшего бы о происходящем в другой комнате. Тишина нервировала и изводила, вынуждая надумывать все возможные варианты развития разговора и к чему они могут привести. Представленные вероятные наказания и обязательства, которые в последствии могу лечь на мои хрупкие и неоднократно страдавшие плечи не вызывали и толики радости. Принять смерть казалось самым простым способом побега от неизбежности, но умирать не хотелось.
Я даже успела предаться самобичеванию, вспоминая каждое неосторожное действие и слово в стенах альма-матер. Больнее всего кольнуло преданное доверие на начальном этапе миссии со стороны Дейрона. Стоило подумать о мастере Изалисе, как метка гильдии на руке резко начала зудеть, словно случайное совпадение, в которые я уже давно перестала верить. Да и раз уж сам сильнейший и опаснейший маг Райверана уже успел заметить рисунок и досконально изучить, чтобы понять его свойства, сомнений практически не осталось.
А ведь мне так хотелось верить, что я ему была нужна не только ради его собственной выгоды и целей. Уверена, у главы гильдии, как всегда, имелся первоначальный план, которому он продолжает следовать, несмотря на все изменения. Он всегда в кротчайшие сроки умудрялся залатать появившиеся бреши в замысле, как только они появлялись. От ненужных пешек избавлялся быстро и жестоко, забыв о существовании чувства, называемом «жалость». Возможно, если бы я правильно произнесла каждое слово клятвы, когда мастер забрал меня под своё крыло, сейчас я была бы трупом, полностью истёкшим кровью.
По истине ужасающее зрелище далеко не для слабонервных. Я сама в процессе наказания за предательство удостоилась чести наблюдать за кощунственным процессом последствий нарушения клятвы. Когда неугасающее красное пламя охватывает тело несчастного и сжигает его заживо само по себе вызывает дрожь в теле, а его крики боли и мольбы о пощаде затрагивают саму душу. Однако после, спустя мучительную минуту, организм начинает собственное отторжение. Кровь вытекает из всего, откуда найдёт проход: глаза, нос, рот, уши, ногти, каждая мелькая царапинка на теле, которая могла показаться незначительной и не было удостоена внимания.
В один миг своё же тело становится врагом и уничтожает предателя изнутри, доставляя несоизмеримые муки. Даже представить сложно, что в процессе испытывает жертва. Боль сводит её с ума, что та собственными руками предпринимает попытку разодрать себе горло или разбить голову о ближайшую твёрдую и прочную поверхность. Однако клятва, словно проклятие, защищает от самоубийства и скорого освобождения от мук. Учитывая, что меня до сих пор не постигла та же участь, а вместо этого Дейрон лично занялся охотой на меня, с клятвой возникли проблемы, совершенно не выгодные для гильдии.