— Благотворительный аукцион, — говорю я. — Гости будут торговаться за предметы роскоши?
— Да.
— У вас есть что-то конкретное на примете? О, смотрите, у них есть брошюра.
Его голос сух, когда он вручает мне глянцевую брошюру.
— Полагаю, мне придется что-то купить, но я не смотрел.
— Вам придется что-то купить?
— Как один из партнеров «Acture», технически я совладелец «Exciteur».
Я сглатываю.
— Верно. Консалтинговая фирма, устраивающая эту вечеринку.
— Да, — Энтони направляет нас через распахнутые двустворчатые двери в оживленный бальный зал. С подиума звучит струнный квартет, мягкая музыка пронизывает воздух. Смокинг Энтони идеально вписывается, и, к счастью, мое платье тоже. Рада, что не надела красное.
— Итак? — спрашиваю я его. — На какую благотворительную цель они собирают деньги?
Он замолкает на мгновение.
— Не помню.
Не в силах сдержаться, я смеюсь.
— Вы были действительно вовлечены в планирование этого, не так ли?
— У меня были полны руки вашими свиданиями, — говорит он.
— Два жалких свидания заняли у вас столько времени?
— Требовалась большая подготовительная работа, — говорит он. — Мне требуются часы, чтобы подготовиться к свиданию.
Мои брови взлетают, и я разражаюсь смехом. Его грубоватая, хмурая привлекательность совершенно естественна. Интересно, использует ли он расческу для своих густых темных волос. Не то чтобы ему это было нужно.
Энтони отводит взгляд, но не прежде, чем я успеваю заметить легкое движение его губ. Почти.
— Дайте я принесу вам что-нибудь выпить. Шампанского?
— Да, пожалуйста.
Несколько минут спустя мы оба прислоняемся к бару в углу бального зала. Он выбрал бренди и держит в руке хрустальный стакан.
Я смотрю на толпу людей. Вечерние наряды. Струнный квартет. Официанты с подносами, полными шампанского.
Энтони делает глоток бренди.
— Не любите светские беседы? — спрашиваю я.
Он качает головой. Рядом с ним, на его высоте, линия его челюсти кажется особенно резкой.
— Не выношу пустых разговоров.
Я кривлюсь.
— Боже, я тоже.
Звук, который он издает, полон скепсиса.
— Что? — спрашиваю я. — Вы не согласны?
— Вы — ходячее определение человека, который любит светскую беседу, — говорит он. — Чем вы занимаетесь со всеми своими клиентами? Именно светской беседой.
— О, это другое.
Он поворачивается ко мне всем торсом, его темный взгляд останавливается на мне.
— Разве?
— Да. У меня есть цель. Все направлено на то, чтобы узнать больше о человеке, а не просто на пустую болтовню. Люди многое раскрывают, когда думают, что говорят очень мало.
— Значит, вы хороший знаток людей.
— Мне нравится так считать. В моей работе это, безусловно, необходимо. В «Opatе» все построено на личном подходе.
Энтони сужает глаза.
— И все же вы думали, что у меня сложится с той моделью. С Сарой.
— Это была возможность, — говорю я, отхлебывая шампанского. — Но скажите, что я ошибаюсь, и что мужчины вроде вас никогда бы не оказались в подобной ситуации знакомств.
Он смотрит на меня через край своего бокала с бренди. В его глазах что-то вспыхивает, но затем он смягчается.
— Я знаю мужчин, которые клюнули бы на эту приманку, — признается он.
Я сияю победной улыбкой.
— Верно. До того как я предложила Сиару, у меня не было возможности узнать, к какому лагерю вы принадлежите. А теперь знаю.
— Значит, это было разведывательное свидание? Ваши тактики более изощренны, чем я ожидал, мисс Дэвис.
— О, у меня в рукаве целая куча уловок.
Его взгляд опускается на мои губы, задерживаясь на секунду, прежде чем перейти на брошюру в моей руке.
— Сохранение тропических лесов, — говорит он. — Вот благотворительная цель.
— О! — я ставлю свой теперь уже пустой бокал с шампанским на бар и открываю брошюру. — Мне нравится.
— Это безопасно, — говорит он. — Идеальный аполитичный выбор. Удивлен, что они не выбрали сирот или исследования рака.
— Вы всегда так циничны?
— А вы никогда?
Я прикусываю губу, чтобы не улыбнуться, и открываю первую страницу, пробегая взглядом по списку предметов и впечатлений, выставленных на аукцион. Мои глаза расширяются при виде стартовых цен.
— Вы действительно собираетесь делать ставки на них, да?
— Мне придется что-то купить.
— Это все для виду?
— Что-то вроде того, — говорит он, снова глядя на толпу. — Нас четверо совладельцев, и нам всем действительно стоит это сделать. Покупки будут хорошо смотреться в газетах, не говоря уже о том, что это подстегнет и других здесь делать ставки, покупать и жертвовать.