— Прости, — говорю я. — Знаю, невежливо так комментировать финансы, но... вау. Этот дом потрясающий.
— Я не против. По правде говоря, он был дорогим.
— Как ты не живешь здесь все время? — я провожу рукой по мраморной столешнице, выполненной с мягкими, скругленными углами. Два гигантских облачных дивана выстроились вдоль задней стены комнаты.
— Ну, у меня работа в городе, — говорит он. Я слышу звук бегущей воды, наполняющей стакан. — Итак? — наконец говорит он. — Нравится?
— Нравится? Энтони, этот дом великолепен. Можно?
— Давай.
Я открываю двери на патио. Полуденное солнце жжет кожу, и порыв ветра треплет мое льняное платье.
— О боже мой.
— Да, неплохо, — соглашается он, почти нехотя.
Я толкаю его плечо своим. Ну, я пытаюсь, но он настолько выше меня, что достаю только до его плеча.
— Он великолепен. И пляж такой пустынный.
— Эта часть Монтока более уединенная. Люди, которые не живут здесь, обычно сюда не приезжают.
Я бросаю взгляд сквозь деревья направо, но не вижу следующего участка. Эти виллы у океана — как целые экосистемы, существующие сами по себе.
— Тебе действительно нравится здесь, — говорит Энтони. Наклоняется, чтобы положить руку на бок Эйса, моя собака прислоняется к его ноге.
— О, да. Кому бы не понравилось? Ты сомневался, что я буду впечатлена?
Его губа изгибается в ту маленькую полуулыбку.
— Посмотри налево.
— Нет, — сразу же говорю я. — Не может быть, чтобы и это тоже было! Это не разрешено.
— Это входило в покупку.
Чистые линии бесконечного бассейна примыкают к стене дома. Он идеального размера, дополняя дом, а не отвлекая от него. Подчеркивая океан, а не соперничая с ним.
— Не знаю, где плавать в первую очередь, — выдыхаю я.
Энтони усмехается и возвращается внутрь, будто все это великолепие и зазывающая роскошь — вообще ничто. Полагаю, это так, если привыкнуть.
Он поднимает мою дорожную сумку.
— Твоя спальня здесь, — говорит он. — Полагаю, вид на океан тебя не смутит?
— Ладно, теперь ты просто показываешь равнодушие, чтобы раздражать меня.
Взгляд, который он бросает через плечо, подтверждает это.
— Срабатывает?
— Нет, потому что пока я здесь, меня ничто не может вывести из себя. Ничто не сможет сбить меня с этой эйфории.
— Роскошный дом, да? Этого достаточно, чтобы впечатлить тебя, — но в его голосе искренняя теплота, и когда он открывает дверь в спальню, я полностью забываю, что собиралась ответить. Она выглядит, как номер в дорогом отеле-курорте. Бежевые обои, четырехспальная кровать с пушистым белым бельем и окна с видом на темно-синий океан. Как будто я отправилась в отпуск.
Эйс толкает мои ноги, чтобы тоже заглянуть, и я отступаю, позволяя ему исследовать.
— Ты молчишь, — говорит Энтони. — Молчание от восхищения?
— Очень от восхищения, — подтверждаю я. — Ты сам занимался оформлением?
— Очень даже нет.
— Ты купил его с мебелью?
— Нет.
— Ну, кого бы ты ни нанял, они отлично знали свое дело, — мысль осеняет меня, и я поворачиваюсь: его крупная фигура вырисовывается силуэтом в дверном проеме. — А где твоя спальня?
Энтони кивает направо.
— Следующая дверь по коридору.
— О, — кожа под тонкой тканью моего платья кажется горячей.
Энтони тянется к воротнику своей рубашки и поправляет его.
— Да. Ну... чувствуй себя как дома, Саммер.
— Еще раз спасибо, что разрешил мне здесь остаться.
— Конечно. В холодильнике должно быть все необходимое, а пароль от Wi-Fi в коридоре.
— Идеально. Я думаю поплавать и прогуляться с Эйсом по пляжу. Хочешь присоединиться? — спрашиваю я, взваливая сумку на кровать.
— Мне нужно поработать.
— Вечно в работе, — говорю я. Роюсь в сумке и, не позволяя себе раздумывать, достаю купальник. Бросаю его на кровать.
Энтони следит за движением.
— Как я сказал, чувствуй себя, как дома. Я буду в кабинете в конце коридора, если что-то понадобится.
— Спасибо.
Но он уходит, прежде чем я заканчиваю фразу.
Я пьяна от солнца, в песке и счастлива, когда возвращаюсь в дом позже в тот же день. Эйс скачет рядом со мной, будто и он оставил все свои проблемы в городе. Что это за место!
Единственный недостаток, единственная заноза под кожей — мысль о том, что Энтони провел день, работая в помещении.
— Останься здесь, — говорю я Эйсу. Он опускается на задние лапы и смотрит на меня, будто знает, что будет дальше, и ему это не нравится.