- Не знаю как ты, но я на стороне Реда! – поддержал, похлопав по плечу меня, Кемп.
- Нет. Ладно его высочество, хочет развлечься, но ты, Кемп, ты же всегда был самым разумным из нас!? – продолжил наседать один из друзей.
- Ребят. Помните запах в лесу, около нашего прошлого лагеря, на кануне нападения? – задумался я.
- Да. Я первый его учуял. Мерзкое такое зловоние. Словно сдох кто то рядом. – поддержал меня Кемп.
- И что ты хочешь сказать? – напрягся Джер.
- А то, что точно такой же запах был у дома Эвелин. Как бы обладатель сего аромата не напал на нее. Серьезно. Она не простая девушка и загадка в ней не дает покоя видимо не только мне. – рассуждал я.
- Значит нужно выяснить, что это или кто. И пока мы не поймем смысла слежки за твоей нимфой, мы останемся здесь. – предложил Кемп.
- Вы серьезно, решили в стражей поиграть? Сдалась вам эта травница? – пыхтел досадой Джер. – Мы же сами недавно чуть не погибли.
- Но ведь живы же. Да и я здесь только благодаря ей. Она спасла меня! – возмутился я.
- Ладно. Как хотите. Только потом не говорите, что я не предупреждал! – заявил друг и зашагал к выходу из пещеры.
- Эй, Джер, не будь таким скептиком. И куда ты собрался? – крикнул ему вдогонку Кемп.
- Проверю периметр. Нужно же кому то это делать. А то уснем и прибьют нас как котят. – заявил товарищ.
- Подожди, я с тобой. Пусть наш красавчик помечтает на едине, а за одно и ужин приготовит. – усмехнулся Кемп и поспешил следом за Джером.
Я о теребил принесенную мной дичь и разделав подвесил над костром. Присел на бревно у кострища и, достав из кармана ромашку, задумался.
А ведь не только я изменился. Старина Кемп, тоже стал более рассудительным. Он как и я обеспокоен безопасностью не только нашей, но и девушки. Они же одни живут с сестрой. Правда, парня с ними видел, но что он сделает если тот кто я думаю нападет на них. Здесь даже мы не уверены в своих силах. Хотя, ночью мы сильнее и страшнее, да и нас трое. Но есть еще местные охотники и порох у них совсем не для волков. Значит они догадываются о нас.
- Ред! Ред! Помоги! – услышал я обеспокоенный голос Кемпа.
Я выскочил из пещеры и помчался на встречу голосу. Из леса бежал друг, он был встревожен.
- Что произошло? – быстро спросил я подбегая к нему.
- Джер, упал в медвежью яму! – кричал Кемп.
- Он жив? – в панике заорал я.
- Да, но рана страшная. Он может умереть, понимаешь Ред, умереть! – продолжал вопить друг.
Мы со всех ног бросились к тому месту, где Джер лежал в яме. Я перескакивал через колючие кусты шиповника и валежник. Ветки били по лицу, но мне было плевать на это. В голове была лишь одна мысль, спасти друга! Только бы он был жив! Только бы жил!
Мы не один день вместе. Мы прошли через многое. Через первую страшную ночь, когда стали теми, кем становимся теперь по ночам. Когда впервые поняли, что это наказание и мы должны его пройти и искупить свои грехи. Когда узнали, что существует то, что поможет нам вернуться к прежней жизни. И когда отправились искать, сами не зная что.
Сейчас я думал не о себе. Не о своей жизни, а жизни верного товарища, которому я обещал, что во что бы то не стало мы останемся вместе. Мы не должны потерять Джера, он часть нашей жизни. Потерять его для меня равна потери части себя. Вот она любовь! Любовь к другу, любовь к брату.
Страшная картина, скажу я вам, увидеть друга проткнутого в плечо острым колом. Охотники готовят такие ужасные ловушки на медведей. Да мы и сами их делали, а потом смотрели как животное умирает проткнутое насквозь деревянным колом. Теперь подобный кол торчал из тела моего друга.
- Давай перенесем его в пещеру. – скомандовал я, потому как считал это единственной разумной мыслью.
- Думаешь, ночью ему станет лучше? – встревоженно поинтересовался Кемп.
- Не знаю. Но его нельзя оставлять здесь! – вцепившись в свои волосы ответил я.
Мы осторожно сняли его с кола. Страшная дыра в теле друга внушала ужас. Сгустки крови сочились из нее и изо рта Джера. Мы скинули с себя одежду. С помощью рубашки и рукавов наших дублетов закрыли рану. Туго перевязали и смастерив из веток носилки отнесли в пещеру.
Джермейр был без сознания. Кровь пропитала наши импровизированные повязки. Друг то приходил в себя открывая глаза, то бился в агонии и бредил. Мы слышали проклятья в свой адрес и жалобный стон.
- Держись друг! Ты не имеешь права бросать меня! – шептал я прилаживая мокрую тряпку ко лбу товарища.
- Если он умрет, что будет с нами? – сокрушался Кемп.