— И как тебе не стыдно, закрываться с какой-то швалью в комнате, где спит твой ребёнок?! — вовсю плевалась ядом жена. Я задохнулся от шока, что она себе позволяет?
— Хм, как интересно, однако. Только шваль тут одна, и она только, что вошла в комнату. Даже не разувшись с улицы, а ведь тут, и правда, ребенок спит, и полы недавно помыли.
— Дима, ты слышал, как твоя потаскуха со мной разговаривает?
— Светлана, лучше заткнись! Иди в спальню, я сейчас подойду и мы там с тобой поговорим.
— Ты меня за дуру принимаешь?! Я должна уйти и оставить вас наедине?
— Ты соображай вообще, что говоришь, — прорычал я, но Татьяна меня остановила.
— Я лучше пойду, не хочу заразиться нечистоплотностью от некоторых особ. Но я всегда на связи, если что, смогу приехать в течение получаса.
— Татьяна, спасибо вам большое. За всё спасибо.
— Всегда пожалуйста. И провожать не нужно, — Татьяна бросила убийственный взгляд на мою жену, — Пойду попрощаюсь с Галиной Анатольевной.
— До свидания, и, ещё раз, большое спасибо за всё.
Татьяна вышла, я же посмотрел на свою дрожащую от злости жену, которая выглядела, так словно вернулась с вечеринки.
— А к тебе у меня есть серьёзный разговор, труженица ты наша.
В ответ на мои слова Светлана нагло фыркнула и, цокая каблучками, вышла из комнаты.
Вот так "тепло" встретила меня моя ненаглядная жена после двухмесячного пребывания в больнице.
Я, стараясь двигаться максимально тихо, выехал на коляске из комнаты дочери. А Лана не потрудилась помочь мне даже в этом.
В коридоре меня ждала мама, а Татьяны уже не было.
— Сынок, — мама подошла ко мне и тихо сказала, — Я не хочу быть свидетелем вашей ссоры. Поговорите спокойно, а я пока поеду домой, за своими вещами. Не доверяю я твоей жене. Сама буду ухаживать за тобой.
— Мам, ну куда ты сейчас поедешь, оставайся на ночь, а завтра с утра что-нибудь придумаем.
— Нет, вам нужно поговорить без чужих ушей. Я бы и Алинку забрала, но она так сладко спит, не хочу её будить.
— Мама, зачем таким важным ты хочешь поехать, вечер же уже. — я недовольна пробурчал.
— Татьяна обещала подвезти меня, а потом отправить за мной водителя, чтобы меня привезли обратно. Поэтому не беспокойся за меня. Лучше с женой поговори, но без криков, внучку мою не напугайте.
— Хорошо, как закончишь приезжай, я буду ждать тебя. Если что такси вызову тебе.
— Я всего лишь еду домой, за вещами. Поэтому не переживай, быстрее поеду быстрее приеду.
— В любом случае, звони хорошо?
— Обязательно, сыночек. — поцеловала меня в лоб и сказала, — Не давай себя в обиду этой вертихвостке.
— Ну мам, я же не маленький.
— Всё, всё, ушла я, ушла.
Когда за мамой захлопнулась входная дверь, я повернул коляску, намереваясь заехать в спальню, но так и замер на пороге комнаты.
А Светлана, сделав вид, что не заметила меня, спокойно продолжила дальше собирать чемоданы.
Глава 12
ДМИТРИЙ
— Светлана, какого чёрта? Что ты себе позволяешь?
— Ах, Светлана, значит? Я больше не твоя дорогая любимая Лана, да? — из каждого её слово сочился яд, — нашёл себе молодую пизду и забыл о жене, которая была рядом с тобой целых семь лет? Так выходит, Орлов?
— Прекрати истерить! Кто о ком забыл, это большой вопрос.
— Да неужели! Стоило мне отвернуться на мгновение, как ты притащил свою потаскуху домой. Ты в край охренел, Дима.
— Ещё одно слово в адрес Татьяны, и я забуду, что ты моя жена.
— А когда ты с ней трахался тут, в нашей квартире, типа помнил, да? И не постеснялись ведь, при ребенке практически!
— Прекрати нести этот бред! Замолчи, или я за себя не отвечаю!
— Да что ты мне сделаешь, ничтожество! Ты же мямля бесхребетная, а не мужик! Теперь ещё и урод безногий, тьфу. Этой твоей Татьяне совсем видно всё равно, перед кем ноги раздвинуть, раз не побрезговала, а ты и рад воспользоваться! — я слушаю и не узнаю в этом чудовище свою жену.
Как такое возможно?! Такой не становятся за два месяца. Такой рождаются. Я был слеп, когда думал, что Светлана нежная и ранимая девушка, которой нужна помощь и поддержка. А на деле нежняшка оказалась кровожадной пираньей.
— Что молчишь, стыдно, да? Спутался с какой-то швалью за моей спиной, думаешь, на жену теперь плюнуть можно, да?
— Хороша жена, — выплюнул я, — сама-то где шлялась два месяца, пока твой муж практически обездвиженный лежал в больнице?! Напомни-ка мне, сколько раз ты меня навещала, заходила поддержать? Ну же, говори, почему замолчала? Не можешь сосчитать, со счёту сбилась? Так я подскажу — два раза, по пять минут, за все два месяца! Охренительная забота, дорогая жена!