Вокруг деревни не было ни изгороди, ни рва. Обат пояснил удивленным людям, что от ограды нет никакой пользы — ронков и механических тварей она все равно не остановит. В случае нападения ринджи просто убегали в горы и ждали, когда минует опасность. Хорошо налаженная система передовых дозоров давала возможность жить спокойно большую часть времени. Единственной мерой защиты деревни были спрятанные в лесу ловушки — глубокие замаскированные ямы с кольями на дне. Членистоногие и ронки частенько попадали туда и, даже не разбившись насмерть, уже не могли выбраться. Если вовремя обнаружить металлического монстра и быстро закрыть яму, он не услышит команду Антракса и навсегда останется под землей.
Деревню окружали столбы с привязанными на них талисманами, охранявшими жителей от злых духов. Квентин заглядывал в глаза любопытных детишек и гадал, насколько хорошо талисманы смогут уберечь их от набегов. Пятерых гостей пригласили к отгороженной циновками площадке, где он могли искупаться в лоханях с подогретой водой. Потом гости подверглись осмотру местного лекаря, перевязавшего их раны. После чего их усадили обедать на травяные маты в одном из шатров. Народ ринджи жил довольно просто, но они казались разумными и добропорядочными людьми. Квентин счел их вполне развитым народом не только из–за музыкального звучания их речи, но и благодаря выражению глаз и внешнему виду жилищ. Вещи выглядели незатейливо, но зато хорошо удовлетворяли нужды их хозяев. После кратковременного перерыва на сбор по поводу прибытия незнакомцев ринджи разошлись и продолжили свои повседневные занятия. Казалось, каждый из них занят делом, даже молодежь. Только самые маленькие играли под присмотром матерей. Жизнь здесь ненамного отличается от жизни в Лии, подумал Квентин.
После еды путешественникам захотелось поспать, и хотя Квентин не собирался отдыхать больше двух часов, он проснулся только на рассвете. Панакс к тому времени уже поднялся и разговаривал с Обатом, именно их приглушенные голоса, доносившиеся снаружи, разбудили горца. Он осмотрелся и, к своей досаде, отметил, что эльфы уже тоже поднялись и вышли из шатра. Квентин умылся в специально отведенном для этой цели бассейне, прикрепил к спине меч Ли и вышел посмотреть, что происходит в деревне.
Панакса и эльфов он обнаружил в кругу ринджи за оживленным разговором. Подойдя ближе, горец заметил какие–то наброски в пыли под ногами беседующих. Обсуждение было настолько интенсивным, что Панакс даже не заметил появления товарища, но Тамис перехватила его взгляд и жестом отозвала в сторонку.
— Рада снова видеть тебя среди живых, — сдержанно приветствовала она Квентина. Ее круглое миловидное лицо сияло чистотой, кожа светилась румянцем. — Ты храпел, как медведь в берлоге.
Квентин в ответ насмешливо изогнул бровь.
— А ты много времени провела в берлогах с медведями?
— Было дело. — Тамис провела рукой по коротко остриженным волосам. — Что скажешь, если Обат сможет показать другой путь в Погребенный Замок?
— Я просто спрошу, когда мы отправляемся в путь, — ответил удивленный горец.
Никаких сомнений по поводу продолжения поисков не возникло. Люди отдохнули, поели и воспряли духом. Ужасные воспоминания несколько отступили, страх сменился беспокойством, всем не терпелось вернуться. Каждый из них задавался вопросом о судьбе своих товарищей, и пока ответы на эти вопросы не были найдены, никто не мог жить спокойно. Все они, независимо друг от друга, верили, что в Погребенном Замке их ждут важные открытия. Нетерпение было подкреплено тем немаловажным фактом, что несколько ринджи согласились их сопровождать. Членистоногие и огненные лучи уже не угрожали путникам, поскольку в катакомбы вел пролегавший под руинами путь, который не терпелось исследовать Квентину и его товарищам. Ард Патринель, Арен Элессдил и еще несколько эльфов все еще не найдены. От Странника не было никаких вестей. Бек и Райер Орд Стар пропали неизвестно где. Некоторые из них, а может быть и все, были еще живы и нуждались в помощи. Квентин и его друзья не могли обмануть надежд своих товарищей.
После недолгой трапезы путники разобрали оружие и выступили в путь. Вместе с ними отправился Обат с двумя дюжинами сильных мужчин. Почти все ринджи были вооружены шестифутовыми духовыми ружьями, длинными ножами и дротиками, а некоторые несли короткие прочные гарпуны с зазубренными наконечниками, способными пробить даже металлические корпусы механизмов. Их использовали еще и в качестве рычагов, так пояснил Обат. Ринджи просовывали гарпуны в сочленения металлических тел и поворачивали, пока сустав не распадался на части. Численное превосходство тоже давало ринджи немалое преимущество. Машины вовсе не так неуязвимы, как кажется, серьезно добавил Обат.