Мэри взбежала по ступенькам и обняла Сандру. Так они и застыли, тесно прижавшись друг к другу. Краешком глаза Лэнсинг заметил генерала, вылетевшего на площадь из-за угла. Лэнсинг наконец достиг лестницы и рывком поднялся по ней.
— Что случилось? — выговорил он задыхаясь.
— Пастор, — ответила Мэри, — он исчез.
— Исчез! Сандра, вы должны были присматривать за ним.
— Я пошла в туалет, — выкрикнула Сандра, — всего на минуту!
— Вы искали его? — спросила Мэри.
— Искала, — всхлипнула Сандра, — искала всюду.
Отдуваясь, по ступеням взобрался генерал. Позади него скакал Юргенс, изо всех сил выбрасывая вперед костыль.
— Что за шум? — потребовал объяснений генерал.
— Пастор пропал, — объяснил Лэнсинг.
— Все-таки сбежал! — вскричал генерал. — Этот трусливый заячий хвост спасся бегством.
— Я всюду искала его! — Сандра была на грани истерики.
— Я уверена, что знаю, где он, — прервала ее Мэри.
— И я тоже, — произнес Лэнсинг, направляясь к входу.
— Фонарик рядом с моим спальником! — крикнула вдогонку Мэри и побежала вслед за ним, — Я держала его под рукой всю ночь.
Лэнсинг схватил фонарик и кинулся к лестнице, ведущей в подвал.
— Глупец, — ругал он себя, — безмозглый болван!
Он достиг подвала и бросился в центральный коридор; луч фонарика заметался по стенам.
Он пытался убедить себя, что в запасе еще есть время, хотя в глубине души был уверен, что все слишком поздно.
Он оказался прав. Большая комната в конце коридора была пуста. Окошки слабо светились в темноте.
Лэнсинг достиг первой из дверей, ведущей в яблоневый сад, и направил на нее луч света. Засовы были сорваны и покачивались на своих болтах.
В тот же момент огромная сила сбила его с ног. Падая, Лэнсинг выронил фонарик, и тот, еще включенный, закрутился на полу. Лэнсинг сильно ударился головой. Свет фонарика и радужные круги от удара смешались в его меркнущем сознании, хотя он продолжал бороться с навалившейся на него тяжестью.
— Вы, идиот! — раздался крик генерала. — Куда вас несет!
— Пастор, — заплетающимся языком выговорил Лэнсинг, — он ушел через дверь.
— И вы за ним?
— Ну конечно. Я найду его…
— Вы круглый дурак! — выкрикнул генерал. — Это дорога в одну сторону. Вы войдете, но не вернетесь. Оттуда нет двери… Вы обещаете вести себя разумно, если я отпущу вас?
Подошла Мэри, подняла фонарик и осветила Лэнсинга.
— Генерал прав, — согласилась она, — дверь может оказаться односторонней. Сандра, не смейте! — вдруг вскрикнула Мэри.
Одновременно с ее криком из темноты выскочил Юргенс и толкнул Сандру костылем. Удар отбросил Сандру в сторону.
Генерал, тяжело поднявшись, привалился спиной к двери, загораживая ее.
— Никто, — прорычал он, — не войдет в эту дверь, понятно? Я запрещаю даже дотрагиваться до нее.
Лэнсинг покачиваясь встал. Юргенс помог подняться Сандре.
— Смотрите, — воскликнула Мэри, осветив фонариком какой-то предмет на полу, — он воспользовался гаечным ключом!
— Я видел его вчера, — вспомнил Юргенс, — он висел на крючке рядом с дверью.
Мэри подняла ключ.
— Ладно, — сказал генерал, — мы все отдали дань безумию, пора успокоиться. Засовы поставим на место, а гаечный ключ выкинем.
— Почему вы решили, что дверь открывается только в одну сторону? — потребовала ответа Сандра.
— Я не знаю этого, — ответил генерал, — но готов биться об заклад, что это так.
Вот и все, подумал Лэнсинг. Никто ничего не знает наверняка, даже генерал. Но пока ни в чем нет полной уверенности, рисковать не стоит.
— Иного способа, кроме как воспользоваться дверью, не существует. Возможно, по ту сторону двери ответ будет найден, но не исключено, что слишком поздно, — рассудил Юргенс.
— Точно, — подтвердил генерал, — но эксперименты я запрещаю.
Он протянул руку, и Мэри отдала ему гаечный ключ.
— Посветите мне, — попросил генерал.
Глава 17
— Сбежал, — констатировал генерал. — Лэнсинг, в вашем ночном разговоре он упоминал о побеге?
— Нет. Уверен, что нет. Но его положение было безнадежным. Он не просто ругал этот мир, он считал, что мы угодили в ад, реально существующий библейский ад.
— Слабый человек, — презрительно сказал генерал. — Он выбрал самый трусливый выход и первым выбыл из наших рядов.
— Вы говорите так, — со слезами в голосе произнесла Сандра, — словно бы ждете, что это не последняя потеря.
— Потери неизбежны, — спокойно ответил генерал, — что необходимо учитывать. И принимать все меры, чтобы процент убыли не превышал приемлемой величины.