- Привет, - сказала фигура.
- Привет, - ответила Марина.
- Я ждал тебя.
- Ерунда, это всего лишь сон.
- Да, сон. Это я тебе его оставил.
- Что за бред? – удивилась Марина.
- Молчи и слушай, он не продлится долго, на долгий сон у меня сил не было. Тебе нужно открыть колодец.
- Зачем?
- Некогда объяснять, я сейчас исчезну. Открой колодец. На рассвете приходи сюда и открой колодец.
Фигура становилась прозрачной и понемногу начала таять.
- Постой! – крикнула Марина. – Эй! Объясни хоть что-то!
Фигура растворилась в воздухе, и до Марины долетели последние слова:
- Открой колодец!
Марина, вскрикнув, проснулась и резко села на кровати. За окном серело, рассвет приближался.
- Что, любушка моя, - прошептал Митя. – Опять дурной сон? Рано еще, ложись, я тебя поцелую, и дурной сон улетучится.
Марина снова легла, Митрий прижал ее к себе и поцеловал.
- Спи, родная.
Марина закрыла глаза, но сон не шел к ней. Митя сладко посапывал рядом. Она осторожно, чтобы не разбудить мужчину, вылезла из-под покрывала, опустила ноги на пол, быстро надела платье и, крадучись, вышла в горницу. Путешественники крепко спали, утомленные своими вчерашними приключениями. Марина бесшумно прошла мимо, вышла в сени и осторожно отодвинула засов. Дверь не скрипнула, недаром Митя перед своим отъездом смазал петли. Рассвет уже брал свое, тьма сдала позиции и отступила до следующей ночи. Марина сполоснула лицо у колодца и вышла за калитку. «Хоть бы успеть, пока все спят, - думала она, быстрым шагом направляясь к деревне. – Нет, Митя точно проснется. Ладно, я ему потом объясню». Она шла хорошо знакомой тропой, не оглядываясь по сторонам. Утренний прохладный воздух насыщал легкие, кое-где расчирикались проснувшиеся птицы. Деревья тихо шелестели листвой, лес навевал умиротворение. Наконец, впереди показался просвет, и Марина вышла на хорошо знакомую поляну.
Вот она, деревня. Марина остановилась. Сейчас ее охватило совсем иное чувство, нежели, когда она еще совсем недавно приходила сюда порисовать. Сейчас память отчаянно билась в висках, возрождая картинки шестилетней давности, неумолимо вынимая из своих глубин события, так тщательно раньше спрятанные в самые потаенные уголки. Перед глазами мелькали знакомые лица товарищей по экспедиции: Семен, Ромка, Алла, Таша, Сашка, Серега, Витя, Стас… Такие молодые, красивые, сильные, и все они теперь мертвы. Марина прислонилась к забору и тихо заплакала.
Да, вот тут, на этой самой опушке они разбили лагерь, развели костер, поставили палатки… Пока из темноты не явилась эта жуткая девочка. При воспоминании о Насте Марина невольно вздрогнула и обернулась по сторонам. Солнце вставало, развеивая остатки серого цвета, и в этой серости глаз женщины цепко зафиксировал движение полупрозрачных фигур, мечущихся возле колодца. Одна из этих фигур очень напомнила Настю… Они становились все прозрачнее, пока совсем не растаяли. Нет, они не растаяли, они словно просочились в колодец…
Марина застыла на месте, холодок ужаса пробежал по всему телу от макушки до пяток. Боясь пошевелиться, она так простояла несколько минут. Тишина.
«Открыть или нет? – думала она. – Почему я так глупо поверила дурацкому сну? А вдруг это ловушка?»
Какая-то сила неумолимо влекла ее к колодцу, притягивая, словно магнитом. Ощущение едва заметной вибрации появилось вновь, как тогда, когда она в прошлый раз проходила по этой улице. Осторожно ступая, Марина подошла к колодцу, вибрация усиливалась, наконец, она положила руку на край сруба.
Несомненно, вибрация исходила отсюда…
Открыть или нет?
Открыть или нет?
Открыть или…
Открыть…
Марина решительно взялась за ручку крышки колодца и сбросила ее на землю. Ничего не произошло, лишь из колодца поднялась в воздух едва заметная струйка дыма. Женщина проследила, как дымок рассеивается и исчезает, подошла ближе и прислушалась. Из колодца не доносилось ни звука. Она с облегчением вздохнула. «Это нервы, это все из-за дурацкого сна», - думала она. Она обошла колодец, проводя рукой вдоль сруба и ловя слабое дрожание. Убрав руку, Марина отошла на шаг и отвернулась.
- Закрой крышку, - раздался шипящий глухой звук, будто доносящийся из-под земли.
Она резко обернулась, улица была пуста.
- Закрой крышку, пожалеешь, - угрожающе произнес знакомый шепот.
Голос Насти она не спутает ни с одним другим. Именно этот голос доносился сейчас со дна колодца. Марина повернулась и со всех ног кинулась в сторону дома. Она бежала, не останавливаясь по тропинке, ведущей к дому, боясь оглянуться, хотя никакого шума позади себя не слышала. Но страх, животный страх, гнал ее вперед. Влетев в калитку, она попала в объятия Митрия.