- Марьяша, я быстро обернусь, не бойся, - сказал мужчина, погладив женщину по голове.
- Я боюсь, Митя, - прошептала она. – Я очень боюсь.
- Ну чего ты боишься, глупая?
- А вдруг ты не вернешься?
- Да куда ж я денусь? – удивленно засмеялся Митя.
- Ты знаешь.
- Нет, со мной такого не будет, - резко ответил он. – Я тебе говорил это уже много раз.
- У меня нет твоей уверенности, Митя.
- Марьяша, присядь, - он увлек женщину к стене и усадил на лавку. – Я тебе обещаю, что ничего со мной не случится, я не исчезну. Ну что ж ты такая трусиха, а? Сколько лет уж, привыкнуть пора, а она все боится.
- Да, боюсь! – вдруг закричала Марьяна. – Боюсь! Очень! Вдруг с тобой случится что-то, а я даже не помню, кто я! Я не знаю, что мне делать, куда идти! Мне очень страшно, Митя!
Он прижал ее к себе и стал тихо покачивать, успокаивающе похлопывая по плечу, как маленького ребенка.
- Тсссс… Тише, тише, еще тише… Вот так. Успокойся, девочка.
- Прости, - прошептала она.
- Ничего, девочка, все в порядке. Хочешь, пойдем вместе?
- Нет! – вдруг резко подскочила она. – Я не хочу в лес!
- Хорошо, хорошо, не бойся. Не хочешь, значит так тому и быть. Сам схожу. А ты здесь будешь меня ждать. Ты ж знаешь: ночью я в лес ни ногой. Если не успеваю за день обернуться, заночую в городе, ну или в деревне ближней.
- Мне ночью страшно одной, - всхлипнула женщина. – В прошлый раз по двору ходили опять. В окна заглядывали.
- Ну и что? Я ж тебе сказал: занавески задерни.
- Я и задернула. Но они все равно заглядывали, я чувствовала.
- Свет не гаси, чтоб не страшно. А в дом не войдет никто, ты ж знаешь.
- Знаю, - вздохнула она. – Ладно, пойду тесто поставлю.
- Иди, милая, иди. И не бойся ничего. Я смогу тебя защитить.
Он поднялся и тяжелой поступью вышел во двор, прихватив с собой убитого зайца. «Эх, Митя, если б мне еще вспомнить, кто я», - грустно подумала Марьяна.
Это было не ее имя, хотя за несколько лет она и привыкла к нему. Имя ей дал Митрий, когда она приблудилась к его дому. С тех пор и живет она у этого странного мужика, совершенно не зная, кто она, откуда, как ее зовут. Трудно это. Очень трудно. По ночам, бывает, снится ей что-то страшное, тревожное, она начинает метаться во сне и кричать. Тогда Митрий просыпается, приходит к ней в соседнюю комнатку, садится рядом и гладит ее по голове, пока она не успокаивается, и дурной сон не уходит. Поутру, обнаружив Митрия, сидящего рядом с ее кроватью, Марьяна понимает, что опять ей снился тот же сон, но никак не может вспомнить, что же такое она видит. Ей кажется, что, как только она вспомнит, так вспомнит и всю остальную свою жизнь. Ей нравится этот добротный уютный дом в чаще. Здесь могло бы быть так тихо и покойно, если бы не этот странный, жуткий лес. Она его боится и ненавидит, она не может заставить себя выйти туда даже днем. Сколько раз уже пыталась Марьяна собраться с силами, отворить калитку и пройтись хотя бы недалеко, ну хоть грибов набрать. Но, дойдя до калитки и постояв около неё несколько минут, она разворачивалась и шла обратно в дом. Она не помнила, чем занималась в той, прошлой жизни. Митрий научил ее топить печь, готовить в ней еду, печь пироги. Во дворе был колодец, она таскала оттуда воду. Митрий колол дрова, приносил мясо, ходил по грибы и ягоды, хоть и говорил, смеясь, что в деревнях это всегда было «бабским» занятием. Иногда он исчезал на пару-тройку дней и возвращался, привозя с собой муку, соль, сахар, кое-какие крупы. И ни разу не вернулся без подарка для Марьяны: то платок, то что-нибудь из одежды, то бусики или сережки, то пряники или даже шоколад. Марьяна выучилась квасить на зиму капусту, солить овощи и грибы, варить варенье. Хозяйствовала, как могла.
Стемнело, мужчина зашел в дом и запер дверь. По дому разносился весьма аппетитный запах: на столе стояла огромная миска с румяными горячими пирожками. Марьяна достала из печи горшок с жаркое из зайца с грибами, поставила на стол тарелку с хлебом и еще одну с овощами (огородничать она тоже научилась).
- Митя, садись ужинать, - пригласила она.
На столе горели свечи. В другое время это могло показаться романтичным, но здесь это было необходимым, свечи были единственным источником света. Митя принялся с аппетитом есть, Марьяна тем временем заварила чай с травами и поставила перед мужчиной большую глиняную кружку.
- Ох, как вкусно, - похвалил Митрий, жуя пирожок. – Обожаю твои пироги.
- Так сам же учил, - ответила с улыбкой женщина, и плечи ее вдруг напряглись.
- Что? – спросил мужчина.
- Они там, - прошептала она. – За окном.
- Занавески задернуты?
- Да, - ответила она шепотом.
- Ну и все. Сиди спокойно, да пей чай.
Она подсела к столу, налила себе тоже кружку, взяла в руки пирожок и надкусила. Внезапно во дворе послышался топот нескольких пар ног, будто кто-то резво бегал, догоняя другого. Женщина замерла. Во дворе послышался тихий смешок. Марьяна положила надкусанный пирожок на стол и задрожала. Митрий вздохнул, зажег керосиновый фонарь и подошел к двери.