Жаль, что эта встреча, кроме радости, принесла столько жутких проблем.
Я поджала губы, пытаясь выкинуть из головы все мысли. Не хочу думать о том, что я натворила. Может, действительно хватит убиваться по тому, что я уже не в силах изменить? Нужно, наоборот, думать о будущем. Убедить Совет в том, что нужно готовиться дать отпор недругам, чтобы будущее у всех нас было.
— В-ви? — услышала я за спиной, а сердце, больно ударившись в грудь, быстро застучало. — Это... это правда ты?
Я резко оглянулась, обшаривая глазами глиняную стену в поисках источника родного голоса.
В самом верху стены зиял маленький прямоугольник голубого неба, частично скрытый взволнованным лицом моего младшего брата... Дейт... Мой клопик...
Я метнулась к стене и забралась с ногами на выступ, заменяющий кровать, чтобы оказаться ближе к моему сердцу, которое несколько недель назад оставила здесь, отправившись в плавание.
— Ви? Что там? — озадачено донеслось в спину от Эл.
— Дейт... Что... как ты тут оказался? А мама? Мама знает, что я тут?
— Знает, — скривился он, словно намеревался плакать. — Ви... Ты жива... Я верил. Я знал это. Я... я нашёл твою записку. А Совет говорил совсем другое. Они беседовали со всеми родственниками пропавших, а потом пришли к выводу, что вы затонули в море, потому что на Причале пропала лодка. Бабушка чуть с ума не сошла, узнав про записку, она так ругала тебя... А затем они почти каждый день долго шептались с мамой, чтобы я ничего не услышал. У здания Совета огромная толпа. Смотрители всё окружили и никого близко не подпускают. Отец Брига чуть драку с одним не устроил. А я мелкий — сумел пробраться, — он улыбнулся довольный сам собой и смахнул с глаз выступившие капельки слёз. — Я так рад, что ты вернулась, как и обещала. Я ужасно скучал.
— И я скучала, Дейт... Но... тебе нужно уйти отсюда, я не хочу, чтобы у тебя или у мамы были проблемы, ладно? Не нужно злить Совет. Сейчас от него многое зависит.
— Что зависит, Ви? Где вы были?
— Клопик, иди домой и передай маме и бабушке, что со мной всё в порядке. Я потом обязательно тебе всё расскажу.
— Ви, но почему вас заперли? Из-за чужаков? Откуда они, Ви? Ведь... Ведь мы последние, кто выжил... Так?
— Не последние, но я всё тебе расскажу позже...
Меня прервал взволнованный голос Эл:
— Кто-то спускается.
— Беги, Дейт. Нас скоро отпустят, так что готовься к крепким объятьям. Которые продлятся примерно сутки.
Я старалась казаться беспечной ради него — столько волнения и беспокойства на его лице... Брат закатил глаза. Такой родной и согревающий душу жест, что мои собственные мгновенно защипало от слёз. Я протянула руку и сжала его ладонь, которую он просунул в узкое окошечко, а после отпустила и, развернувшись от него, спрыгнула с выступа. За спиной зашуршало, а напротив моего заточения поставили стул. Через мучительно долгие десять минут его заняла самая старшая из семи членов Совета Правителей...
Я открыла рот, не веря глазам.
Бесчисленное количество раз я хотела с ней встретиться, поговорить, а самое главное послушать об Исчезнувшем Мире. И пусть в то время она была совсем маленькой... Но она никогда и никого не принимала, сколько я себя помню.
А сейчас она сидела передо мной. Такая уязвимо-хрупкая; с тонкой, воскового цвета кожей, коснись которой, и она лопнет, как лист изветшалой бумаги; с помутневшими от старости глазами, словно их цвет заволокло серое облако. Она была настолько старой, что становилось страшно...
— Оставьте нас, — скрипучим голосом приказала она двум Смотрителям и повернулась в мою сторону: — Виолетта?
— Да. Это я.
— Я знала твою прабабушку, Виолетта. Упрямая женщина со своим бесстрашным прошлым... Она не входила в число первого Совета Правителей на этом острове, но бесконечно долго продолжала настаивать на том, что нельзя скрывать от потомков настоящую историю мира. Естественно, её никто не слушал, и приказывали молчать. Но она добилась своего, да? Через столько лет ей удалось вскрыть гнилую рану обмана. Благодаря своей правнучке. Как ты поняла, что в горе спрятаны плавательные средства?
— Случайно, — выдохнула я, сглатывая тугой ком, застрявший в горле.
— Дневник. Ты его нашла?
— Да...
— Я была с ней, когда она его прятала. Остальным она сказала, что хочет попрощаться с домом, которым несколько месяцев ей служил корабль. Я была совсем маленькой и напросилась с ней. Она была убеждена в том, что рано или поздно всё должно раскрыться. Предполагаю, что это время настало.