А еще девушку смущал ее новый образ. Иллюзии у Реймонда получались наилучшего качества. Она себя не видела, но ощущала перемены. Мир она видела чуть ярче и красочней. Волосы вечно лезли в лицо, потому что она не могла их собрать, слишком короткими они были. Земля стала намного дальше. Нет, она все еще была ниже парней, но не до такой степени, чтобы запрокидывать голову назад. Она не ощущала рогов на голове, но лоб по-прежнему чесался.
Возможно, иллюзии работали по-другому на живых существах: восприятие реальности они изменяли совсем немного, в то время как для других твой образ становился совершенно иным.
Руфина по привычке тряхнула волосами и глянула на Рея. Он архимаг, ее теория подтвердилась. Если бы девушка ошиблась, и тот уровень, который продемонстрировал Реймонд, оказался бы бытовым, то она бы не отстала от него, пока маг не согласился бы научить ее. Скорее всего, в том заклинании он использовал три ступени. Стихийную магию, чтобы создать отверстие в стене, светлую, чтобы закрыться иллюзиями, и бытовую, перекрывая искры другой магии. Необычно и умно. Она бы в жизни не догадалась, что он притворяется, если бы не этот эпизод.
Получается, Руф выяснила его тайну. Она заключалась в непомерной силе или…
Взгляд тифлинга медленно скользнул к перевертышу.
Вечно веселый и простой, словно открытая книга, Лур, оказывается, тоже умеет чувствовать. Не то чтобы Фина думала, что он не умел, просто до сегодняшнего дня она считала его легкомысленным. Она бы никогда не подумала, что Лур способен отправится выручать друга, находясь в сомнениях по поводу его пребывания в мире живых. Руфина чувствовала тогда, во время разговора с лисом, что перевертыш сожалеет о содеянном перед Аланом, но он никогда бы не пожалел о принятом решении.
Именно сегодня двери двух таких разных мужчин приоткрылись, позволив увидеть на долю секунды их настоящими.
И только она, Руфина, ничего не скрывала. Ей нечего было таить, секреты лишь усложняют и без того непомерно тяжелую жизнь.
— Должен вас предупредить, что Зи Фоксы меня не сильно любят, — спустя какое-то время сказал Лур.
— И почему же, непонятно… — саркастически протянул Григи.
— Именно по этой причине за лошадьми отправитесь без меня. Буду вас ждать неподалеку в лесу. Там есть старый родник, мы будем мимо него проходить.
— Мне не нравится, как ты увиливаешь от прямых обязанностей, — произнес Рей, — но если тебя загрызут лисы, ты не сможешь отвести нас дальше. Поэтому ради своего же блага не высовывайся.
— Золотые слова, — кивнул перевертыш.
— А как устроены амбаты? Нам, кроме того, что бестианцы гады последние, больше ничего о вас не рассказывали, — прищурилась Руф.
— Ну конечно… — пробормотал Лур. — На самом деле все просто, — уже громче сказал он, — территория Бестии разделена на двадцать амбатов. Каждый из амбатов – это территория, принадлежащая какому-то клану, которых ровно столько же, сколько и амбатов. Управляет кланами Совет Старейшин, в котором находятся представители трех первых кланов. Еще их называют изначальными. Зи Фоксы входят туда, и Алан тоже, — поморщившись, произнес парень, — поэтому его претензии по поводу моего нахождения на их территории вполне обоснованы. Он может мне запретить приближаться к лисам. Но сейчас не об этом. Хотя кланы и нумеруются по степени приближения к изначальным, на амбатах это никак не сказывается. Тот же третий клан лисов граничит с одиннадцатым кланом оленей. Наш, шестнадцатый, находится между шестым и двадцатым. А шестой граничит с пятнадцатым, и нам как раз туда.
— А устройство самих кланов? — спросила Руфина. — Клан – это что-то вроде семьи?
— И да, и нет. Не все в клане находятся в родственных узах, нас связывает только оборот в одного и того же зверя. Но при этом мы всегда чувствуем друг друга, не являясь родственниками. Клановые узы – сложная вещь, мы часто ощущаем потребность защищать свой клан, а чувство долга для нас превыше всего.
— Могу подтвердить, — едко вставил Рей.