― Да, хозяин! ― прокричал бармен скрывшемуся из поля зрения хозяину паба "Гнилое яблочко".
К тому времени, как он успел хищной походкой приблизиться к Мэриэлю, эльф накинул полог безмолвия, чтобы до чужих ушей не добралось и слова грядущего диалога.
― Приветствую ВОРа среди честных в законе, ― произнес старик вместо приветствия и взглянул на напряжённого Мэриэля.
― Ну что вы, лорд Глэр, честных здесь не найдет даже ВТЖ[iii] его величества, ― хозяин весело рассмеялся и сел напротив эльфа, сложив руки в замок. Стул опасно под ним скрипнул, но все же выдержал. Давно следовало сменить интерьер, но лорду Глэру было жалко расставаться с этой обстановкой: мебель-то казенная.
Уже через миг с хозяина паба слетело все веселье, а лицо приобрело некую решимость. Не к добру.
― Ты помнишь, что должен мне? ― лицо Мэриэля скривилось так, будто его заставили выпить ведро кислющего Ауррана[iv].
К чести большинства магических существ, про долг они не могли забыть так просто как обычные люди. Жизнь, как правило, несправедлива, одни слабее, других – в сто крат сильнее, и чтобы хоть как-то уровнять баланс между магическими созданиями и обычными людьми, темные боги создали "Закон чести".
Исходя из него, особая клятва, принесенная творением магических сил, не может быть забыта, нарушена или же возвращена обратно, она обязательна для исполнения в уговоренный срок или в срок, озвученный вторым лицом. Доселе ещё никому не удалось избежать долга. При отказе или попытке скрыться существо сковывало невыносимой болью, но если и при этом оно отказывалось выполнять обещание, то наступала смерть.
Изначально клятва работала лишь в сторону людей, но с тех пор, как темные боги стали незримы, «Закон чести» утратил часть своей силы. Поэтому теперь нерушимую клятву можно принести любому существу, даже магу.
Таков "Закон чести".
― Хотел бы я об этом забыть.
― Ну-ну, не стоит. Видишь ли, ― старик слегка замялся, ― у меня сейчас есть проблемы, поэтому не исключено, что рано или поздно придется прибегнуть к твоим непосредственным услугам.
Мэриэль выжидающе уставился на Глэра, но тот больше ничего не сказал. Эльф закатил глаза и предельно вежливо произнес:
― Подробностями поделитесь? Мысли, как известно, я не читаю, в отличие от вас, к слову.
― Да у тебя сильнейшая ментальная защита! — деланно возмутился старик. — Твои мысли даже сам король не прочитает. А по делу... Больше ничего сказать не могу. Просто помни: настало время вернуть долг.
— Всенепременно, — отсалютовал он кружкой, — если это все, я вас не держу.
Хозяин издал смешок. Его всегда забавляло поведение ВОРа, жизнь которого можно было читать как книгу, переполненную неожиданными сюжетными поворотами.
— Ты всегда был таким бесцеремонным и дерзким. Не боишься?
— Вас? — задумчиво протянул Мэриэль. — Пожалуй, нет, мое время бояться уже давно прошло.
На этой веселой ноте эльф пожелал завершить диалог и отвернулся к более занятной картине. Его внимание привлекла девушка разносчица, которая направлялась в сторону кухни с огромным подносом, заставленным целой грудой тарелок. Из-за такого количества посуды она мало что видела – и со всей силы врезалась в спину впереди идущего гостя. В итоге: злой гость, краснеющая и виноватая разносчица и разбитая вдребезги посуда.
Сервиз было жалко, все же эльфийский фарфор. Его стоимость на порядок выше, чем аренда столь чудного заведения. Еду в такой хрупкой посуде подавали в ВИП зонах. Они находились на втором этаже.
― Так, пойду-ка я, пожалуй, ― пробормотал лорд Глэр, также наблюдая за этой сценой, ― надеюсь, мы друг друга поняли, ВОР. И не кривись, сам себе это имя сделал.
Мэриэль проводил долгим взглядом фигуру удаляющегося хозяина. Лорд Глэр был не то чтобы опасным магом, но любой подтвердил бы, что переходить ему дорогу дело не благодарное.
За столько лет в своем бизнесе у Вильяма Глэра появилось множество связей, промышляющих не всегда самыми честными помыслами, все же его паб – это прикрытие для таких личностей как ВОР. Все сделки и дела без исключения изначально обговариваются с Вильямом или его поверенными, а те, кто пытается вести дела подпольно, быстро раскрываются. В подобную ловушку однажды угодил и ВОР.