— Молодец, Эни. У тебя получилось, — в его теплом голосе слышалась улыбка.
— Сволочь, — процедила сквозь зубы Энида, — я не знаю, что ты затеял, Орис, но ты мне сейчас же это объяснишь, шкархов интриган.
— Не ругайся. Объясню.
Но вместо объяснений Орис направился по дорожке вглубь сада и зашел в одну из закрытых беседок. Девушка последовала за ним, и когда они уселись друг напротив друга, Орис начал рассказ.
— Я заподозрил неладное еще в первый день нашего знакомства. Понимаешь… Как бы проще объяснить.… Вот смотри: любой вид магии – это энергия, и у каждого мага или магического существа есть некая энергетическая оболочка. С помощью этой оболочки можно собирать энергию и преобразовывать ее в сильнейший импульс – заклятие. Эту оболочку называют магическим фоном. Когда маг колдует, энергетическая оболочка иссушается, поскольку маг забирает часть энергии, и тогда происходят колебания фона. Сильные эмоции тоже могут колебать фон, но совсем немного. У людей магического фона нет, потому что им недоступна магия. Энергия просто не служит для них магнитом, как для нас. К тому же, колебания могут почувствовать не все маги, чаще всего это доступно единицам. А теперь представь, что в первую нашу встречу, когда я проходил мимо зала для отработки заклятий, я почувствовал колебания магического фона. Помнишь, что ты тогда делала?
Энида скрестила руки на груди и, глядя архимагу в глаза, ответила:
— Метала кинжалы.
— Нет, — он качнул головой, — ты злилась. Настолько сильно, что дала выход эмоциям через физическую нагрузку.
— И?
— Ну, сначала я подумал, что где-то неподалеку колдует кто-то из знати, — вздохнул Орис, — потому что ты совершенно точно не была магом. Я не чувствовал в тебе биения хотя бы искры силы. Но на протяжении года каждый раз, когда ты расстраивалась, злилась, была счастлива, магический фон рядом с тобой колебался. Для меня это оставалось загадкой до тех пор, пока ты не рассказала мне историю своего рождения.
— А это здесь при чем? — прямо спросила девушка.
— Давай так: что ты знаешь про Странно-море? Ты ведь много книг прочитала.
Энида задумалась и начала барабанить пальцами скамейке.
— Мне мало что известно. Мерцающее море омывает Маддрон с востока, а Странно-море, если не ошибаюсь, с запада. Совершенно другой конец королевства. Где-то писали, что Странно-море получило свое название из-за необъяснимых событий, происходящих в нем. Там часто тонут корабли и пропадают люди, — на этом она замолчала.
Орис кивнул.
— Все верно, но ты мыслишь не совсем в том направлении. Странно-море стало пристанищем для многих магических созданий. Келпи и сирены, в частности. Ты никогда не задумывалась, как тебе удалось выжить?
— Нет. А зачем? Жива, и на том спасибо.
— Зря. Магические создания редко решаются кому-либо помочь, это я по своему опыту говорю. И тебе точно не помогали выжить. Но, Эни… Ты не утонула, тебя не сожрал келпи, не утащили на дно живые водоросли…
— Я не понимаю, на что ты намекаешь! — разозлилась девушка, и Орис вновь почувствовал привычные колебания.
Он дал ей время сообразить, чему именно посвящена его речь. Шестеренки в голове Эниды закрутились с удвоенной силой, и когда она, наконец, подняла взор на архимага, в ее глазах промелькнуло осознание.
— Хочешь сказать, я – магическое создание? Сирена?
— Не совсем, — уклончиво ответил парень, — ты не можешь быть сиреной, потому что у них вместо ног хвосты. А ноги у них появляются, только когда возникает необходимость в продолжении рода.
— И все же, с чего ты решил, что я именно магическое создание? Может я просто маг?
— Много факторов…
Энида вновь посмотрела на него, будто говоря: мол, давай, рассказывай, я никуда не тороплюсь.
— Ну, хорошо, — сдался архимаг, — во-первых, как я уже и сказал, сам факт колебаний магического фона. Они были, но магию в тебе я не ощущал. Такое просто невозможно. Если бы ты обладала магией, она бы у тебя проявилась еще в детстве. В крайнем случае – во время подросткового периода. Но этого не случилось, так?
Согласный кивок головы.
— Можно предположить, что на тебе стояла врожденная защита. А такой у магов тоже не бывает. Это что-то вроде привилегии таких как мы. Во-вторых, опять же, выжить ребенком в открытом море. Будь ты магом или человеком, в обоих случаях тебя бы ждала только смерть. А в-третьих… ты не дала мне договорить, поэтому, с твоего позволения, я продолжу рассказывать про сирен. Так вот, сиреной ты быть не можешь, это мы с тобой выяснили. Но и дочерью сирены ты быть не можешь. Спросишь, почему, или догадаешься?