К слову, мало кто из магов подозревал, что они едут во дворец на столь длительный срок. Одежду привезли с собой лишь единицы. Но главный камергер взял эти заботы на себя и выделил им швею, будто они были почетными гостями короля или придворными.
Наверное, отдавая честь первому зимнему дню, Рей оделся в синие цвета. Джинсы и водолазка с высоким воротом. В голенище его сапога Лур заметил блеснувшую ручку кинжала. Значит не только он параноик, МакЭвенвуд точно такой же.
Развернувшись лицом к залу окончательно, Лур направился в сторону мага, попутно лавируя между рядами слуг. Перевертыш остановился напротив Рея и с любопытством сунул свой нос в блокнот.
— Что ты там все время пишешь? — спросил чисто из интереса Лур.
— Формулу привязки заклятий на предметы и активацию их с помощью посторонних движений, — ответил Реймонд, не отрываясь от блокнота.
— Долго еще?
— Нет. Я почти закончил.
И все. Лур вздохнул и принялся ждать.
Реймонд не обманул его. Минут через десять маг поднялся на ноги, еще раз заглянул в блокнот и осмотрел галерею. Было ощущение, будто Рей только сейчас заметил слуг, подготавливающих зал. Подняв руки, он оглушительно хлопнул в ладоши. Внимание слуг Рей привлек. Все как один повернули голову в сторону иллюзиониста.
— Вон, — произнес Реймонд безучастным тоном.
Персонал дворца не возражал и не дерзил. Дворецкие и горничные встали со своих мест, побросав все дела, и вышли из зала.
Когда за последним слугой закрылась дверь, маг направился к середине зала, затем закрыл глаза и начал читать заклятие. Его ладони засветились синим светом. Опустившись на одно колено, Реймонд положил перед собой ладони на пол. По мраморному полу с середины галереи начали в разные стороны расходиться искры. Перебегая со стен на потолок, они увеличивались в размерах и вскоре заполнили все пространство.
Рей все продолжал шептать свое заклятие, слова которого Лур никак не мог разобрать. А искры, достигнув нужного размера, лопнули, превращаясь в синий плотный туман. После этого маг произнес одно слово, повторяя его из раза в раз. Туман, словно ядовитый, начал впитываться в предметы, находящиеся в зале, и уже через пять минут от него не осталось и следа.
Оглядев помещение, Лур не заметил никаких особых изменений, а вот Реймонд, кажется, был доволен. Вытерев выступивший пот со лба, мужчина очень даже бодрой походкой направился в сторону перевертыша.
Насколько мог судить Лур, заклятие отбирало уйму сил, а Реймонд ничего, держится еще. Даже не шатается.
—Как ты себя чувствуешь? — полюбопытствовал Лур.
Тут Рей и выдал себя. Чуть покачнувшись, он схватился за плечо перевертыша и устало ответил:
— Просто отвратительно.
Но Лур ему почему-то не поверил.
— Да? А мне показалось, что ты чувствовал себя живчиком, когда шел сюда.
В конце концов, МакЭвенвуд решил не ломать комедию и отошел от перевертыша на пару шагов.
— Заклинание не столь сильное, как кажется. Не переживай, Рысь, все в порядке.
Лур, услышав свое прозвище, поморщился.
— Я счастлив, что ты запомнил мой второй оборот, но, будь добр, называй все же по имени. Да и смысл? Ты меня Рысью и так редко зовешь.
— Хорошо, буду звать чаще.
— Ну, нет уж, я не о том.
— Я называю тебя так, — тяжело вздыхал Рей, — только тогда, когда чувствую от тебя охотничий азарт.
— И значит, сейчас чувствуешь, — хмыкнул перевертыш.
Они с магом вышли из Светлой галереи, позволяя слугам вновь продолжить работу. Пока мужчины направлялись к лестнице, весь их диалог состоял из пререканий и споров.
— И все же… В чем он заключается сейчас?
Рей закатил глаза, но ответил:
— Ты хочешь у меня что-то спросить. Дай угадаю. Иду ли я на первый зимний бал?
Перевертыш чуть не споткнулся на ровном месте, потому что маг был абсолютно прав.
Ступив на первую ступеньку лестницы, мужчина постучал костяшками пальцев по перилам и произнес: