— В любом случае, насколько бы леди Раустровская не была интересной личностью, она уж точно не станет поводом идти на бал.
— Ну и не иди, больно надо. А ты идешь? — Григи посмотрел на Лура.
— Только с Реймондом, — твердо сказал перевертыш.
— Сдался он тебе. Я с Руфиной тебя познакомлю, — произнес ифирис, зависнув напротив лица Лура.
— Руфина? — зацепился Реймонд за имя.
— Это полное имя Фины, — нехотя пробубнил Григи.
Маг изменился в лице и даже улыбнулся.
— Скажи-ка мне, прелестный мой ифирис, в какой род входит Руфина?
— А тебе зачем?
— Надо. Так что? — настойчиво спросил Реймонд.
— Де Тиндаль. Руфина де Тиндаль.
Улыбка Реймонда стала чуть шире. Он очень хитро посмотрел на Лура, который не понял ровным счетом ничего, и сказал:
— Уговорил, Рысь. Я иду.
Ближе к вечеру у Реймонда появилась проблема. У него не было подходящей одежды. Магам-иллюзионистам действительно выделили швею, но Рей не собирался на праздник, поэтому отсутствие костюма поставило его в тупик.
Перевертыш же напротив, сказал ему, что костюм – это не проблема, поскольку для лорда Фарксела их сшили очень много. А насколько мог судить Реймонд, у них с Луром примерно одинаковое телосложение, за исключением разве что роста. Но ростовку было легко исправить с помощью бытовой магии.
Григи совсем недавно улетел к Фине, сказав, что просто не может оставить ее наедине с этими стервятниками. Ифирис зрил в корень, дворцовых придворных иначе и не назовешь.
После того как Григи произнес имя своей хозяйки, Реймонд изрядно удивился. Он помнил ее. Отдаленно, но помнил. Именно ее зелье спасло их тогда от яростных собак. Вернее, даже не их, а его конкретно. Умереть бы они не умерли, но Реймонду пришлось бы раскрыть все карты перед Луром, а делать это он не хотел. А еще ему показалось забавным, как сильно ифирис хочет познакомить Руфину с Луром. Реймонд почти с садистским удовольствием представлял разочарование перевертыша.
Да и спасибо сказать, наверное, надо. Девушка талантливая. До этого подобных зелий Рей не встречал, а повидал он многое.
Они с Луром встретились в коридоре. На перевертыше отлично сидел костюм графитового оттенка. Так и не скажешь, что лорду Фаркселу в душе пять. На Реймонде тоже был костюм. Чуть другого фасона, глубокого синего оттенка, который так подходил к первому зимнему балу.
Кивнув друг другу, мужчины спустились на первый этаж.
Светлая галерея чудесным образом преобразилась и заполнилась всевозможными существами. Официально одетые гости медленно прогуливались по залу; объединяясь в группы, они рассуждали о погоде и о том, насколько прекрасен нынешний бал. Здесь можно было увидеть представителей разных рас. Почтить королевскую чету прибыли представители всех тридцати трех кланов перевертышей, а Лур был шестнадцатым среди них. Несколько представителей Фэстринтона – человеческого государства, и несколько известных семей Ардестелора – королевства тифлингов.
Здесь были люди, маги, дроу, гномы, даже орки и тролли. Все они владели землями и были лордами. Придворная знать на выгуле, как называл это сборище Рей. Ходят с надменными лицами, будто в чем-то лучше простого люда. А сами сплетничают на каждом шагу. У кого платье не бальное, а вечернее, кто развелся, а кто на прошлой неделе похоронил своего родственника. Если их слова были бы жидкостью, то это определенно был бы яд.
Стоило им появиться в Светлой галерее, глашатай на весь зал объявил Лура.
— Первый сын шестнадцатого клана Фарксел, наследник рода, лорд Фарксел Лур.
Взгляды многих подданных устремились в сторону перевертыша, но он не обращал на них внимания. На Реймонда тоже смотрели, но скорее оценочно. Его не объявляли, и для них он – загадка.
«Безродная загадка», — усмехнулся про себя Реймонд.
Подхватив пару бокалов с крепким напитком, Лур всучил один из них Реймонду. Тот принюхался и вынес вердикт – бренди. Хотя бы не лимонная водка.
Где-то в толпе Рей успел заметить пару советников из синдиката. Одного из них он узнал сразу же – лорд Аргар, советник по вопросам людских дел. Все такой же невзрачный он стоял в кругу высокопоставленных лиц. А ведь он показался лорду Грегору подозрительным. Неужели советник в области военных дел знал то, чего не знает король?