Выбрать главу

Григи подлетел к перевертышу и уселся ему на плечо.

— Что-то случилось? — казалось, ифирис тоже заметил перемену настроения в Луре.

— Ничего, — беззаботно произнес тот.

— Ну да, ничего, — хмыкнула Фина, — ты и обычно не отличаешься умом, а тут вообще… Будто не Реймонд, а ты в стенку прилетел.

Лур кинул злой взгляд на тифлинга и, прищурившись, промолчал.

— Она в чем-то права, — заметил Реймонд.

Им принесли напитки, и сейчас он пытался остудить какао. Для полного счастья метаморфу не хватало только зимней вьюги, но, как назло, погода была спокойная.

— Я подвел тебя, — выдохнул перевертыш.

— Чего? — Григи чуть не свалился с плеча. Руфина тоже посмотрела с удивлением.

А вот до Реймонда начало доходить.

Будь он обычным магом, а не магическим созданием, то, возможно, взрыв бы его сильно покалечил, если бы не убил. А Лур давал клятву, обещая защищать его в любых обстоятельствах. Ругаясь с Финой, он просто не успел среагировать и, как следствие, чувствовал себя виноватым.

— Я не успел, Рей, — грустно прошептал Лур.

Реймонд хотел сказать, мол, ничего страшного, с кем не бывает. Вот только в ответ вырвалось лишь язвительное:

— Надо было мозгами своими капустными думать, когда клятву приносил, — он потер глаза, — говорил тебе, ничем хорошим не закончится.

Лур опустил голову ниже, как бы признавая свою вину.

— О какой клятве речь? — активизировалось любопытство леди де Тиндаль.

Реймонд уж было открыл рот, чтобы сказать, что это неважно, но перевертыш сдал всю информацию с потрохами.

— Реймонд спас мне жизнь в первую нашу встречу. И, выполняя свой долг, я принес ему клятву верности. «Закон чести», если быть точнее.

Глаза девушки расширились. Как и любое магическое существо, она знала, что подразумевает под собой «Закон чести».

— В кондитерской, значит, познакомились. — Фина прищурено посмотрела на Рея.

Метаморф решил не отвечать ей, лишь пожал плечами и отпил из кружки какао.

— А вам нельзя верить, господин МакЭвенвуд.

— Так и знал, что-то здесь нечисто, — ликующе произнес Григи.

— Думаете, нельзя спасти жизнь в кондитерской? — хмыкнул Рей.

— Кондитерская?

Перевертыш явно был не в курсе их разговора с ифирисом. Он бросал недоуменные взгляды то на Реймонда, то на Фину.

— Забыли. И не так важно было наше знакомство, — сказал Рей и поджег смесь душистых трав в курильнице. Комната наполнилась приятным ароматом мяты, еловых веток и душицы.

— То есть ты, — сказала девушка, разворачиваясь к Луру, — цепной пес? Не знала, что у перевертышей все так плохо.

— Мы хотя бы знаем слова «долг» и «честь», в отличие от тифлингов.

— Да, вы зациклены на своей чести, — хмыкнула Фина.

— У нас хотя бы девушки могут за себя постоять без дополнительных меток, — оскалился перевертыш.

Несколько минут они прожигали друг друга взглядами. И когда Руфина хотела что-то сказать, в коридоре послышался звук глухих ударов. Потом заговорили несколько тяжелых голосов, затем донесся звук удара об стенку и все затихло.

— Что это было? — тихо произнесла тифлинг.

— Я сквозь стены не вижу, — раздраженно произнес Лур и отправился в коридор проверять.

За ним вышла Руфина, вылетел Григи. А Реймонд… Ему не хотелось никуда лезть, но он чувствовал – придется. Пришлось метаморфу отставлять какао и идти вместе со всеми.

Одной из странностей, обнаруженной ими сразу, стало отсутствие освещения. Все глоу-шары, витающие около стен, потухли, и зажечь их снова не выходило. В этой кромешной тьме ориентироваться было бы сложно, если бы среди них были маги или люди. Но на счастье, такого не было.

Коридор, ведущий в комнаты светлых магов, оказался пуст. Значит, звуки неизвестного происхождения доносились из смежного прохода.

В проходном коридоре освещения тоже не наблюдалось, зато наблюдался прислонившийся к стенке маг. Насколько мог разглядеть его в темноте Рей, настолько он мог утверждать – мужчина был ранен. По его виску стекала струйка крови.