Поскольку бить девушек (даже тифлингов) было ниже достоинства перевертыша, тот просто наклонился к Фине и громко хлопнул в ладоши около ее уха. Когда та заворочалась, но не проснулась, он повторил свои действия и закричал:
— Подъем!
То, что Лур близко склонился к Руфине, сыграло с ним злую шутку. От неожиданности девушка дернулась, и ее рука встретилась с носом парня. Удар получился сильный, но не настолько, чтобы сломать ему переносицу.
Голова Лура откинулась назад и он прошипел:
— Темные тебя дери, Руфина де Тиндаль!
— Где темные? — сонным голосом пробормотала Фина. Григи рядом с ней перевернулся, тоже просыпаясь.
— Признайся, Руф, вы ведь только притворяетесь хрупкими? По носу ты меня долбанула не слабо, — ворчал Лур, зажав переносицу и запрокинув голову наверх.
— Не зови меня Руф, — вяло запротестовала девушка, открывая глаза.
— Как только так сразу. Поднимайся давай.
Фина медленным взглядом обвела комнату и вновь взглянула на перевертыша. Она тут же моментально пришла в себя, резко села и, прижав руки к голове, зажмурилась.
Лур мог ее даже пожалеть, ощущения не из приятных, если бы не следующая фраза тифлинга:
— Боги, что произошло? И что у тебя с носом? — спросила Руфина, глядя на Лура, — Кому-то не понравился? Тебе явно надо было стараться лучше.
— Тебе я чем-то не понравился, — оскалился перевертыш, — даже могу предположить чем.
— Так это я тебя так? — девушка задорно рассмеялась, и от ее смеха проснулся еще и Григи.
— Чего вы шумите ни свет ни заря… Ночь на дворе, — ворчал ифирис.
— Проблемы не выбирают себе время суток, чтобы появится, — заметил Лур.
— Проблемы? Опять?
Ему показалось, или у Руфины задергался глаз?
— Снова. Если кратко, то кто-то усыпил нас, проник в комнату, стащил медальон Реймонда, который является старинным артефактом, а еще у нас всех частичная потеря памяти.
Перевертыш развернулся к МакЭвенвуду, который копался почему-то в камине. Его очень привлекла сажа.
— У меня сильнейший блок, на меня не могли воздействовать…— начала девушка, но Лур ее перебил.
— Магию задействовали только чтобы снять медальон с Рея, в остальном без магии.
— Ясно.
Что было Руфине ясно, она не объяснила. Вместо этого тифлинг встала с дивана, чуть не упав. Лур подхватил ее, хотя и не хотел этого делать. Фина недовольно покосилась на перевертыша, но промолчала и подошла к Реймонду.
— Что-нибудь нашел? — деловито осведомилась она.
— Пока нет. Никаких следов, даже магический отпечаток теперь не рассмотреть, потому что он стерся. Внешне комната не изменилась, — мужчина поморщился от досады.
— Без магии говоришь… — Фина глубоко задумалась, и ее взгляд скользнул к каминной доске. — Что мы имеем в итоге: сонливость, кратковременная потеря памяти, головокружение, головная боль. Эти симптомы могли проявиться и без магии.
— Тоже думаешь, отрава? — изучающе взглянул на нее Рей, и Руфина как всегда поежилась.
— Нет. Набор определенных трав, только и всего.
— И откуда здесь взяться травам? — спросил Лур, подходя ближе к ним. На его плече сидел ифирис и зевал.
Красноречивый взгляд леди де Тиндаль обвел комнату и остановился на курильнице. Лур нахмурился.
— Да, да, курильница, мой недалекий друг, — озвучил предположение Руфины маг.
Девушка взяла курильницу и, повертев ее в руках, принюхалась, делая вывод относительно состава смеси:
— Корень валерианы, душица, кипрей, чувствую аралию, и… — взгляд тифлинга быстро стал тяжелым. — Ликардан. Знаете, что меня напрягает? Этот травяной сбор не мог подействовать сразу. Он минимум несколько дней должен был окутывать своим тяжелым запахом помещение. А еще у него должен быть неприметный усилитель. Например…
Она потянулась к стопке полений около камина и взяла одно из них.
— …поленья бирды. Это дерево очень дорогое, и его редко применяют для растапливания камина. Но во дворце могут себе позволить. И да, у них есть такой побочный эффект. Действует как усилитель для многих трав.