На первый взгляд, всё выглядело обычно — аккуратно заправленная кровать, туалетный столик с косметикой, гардероб… Но что-то здесь было не так. Взгляд зацепился за небольшую изящную сумочку, лежащую на туалетном столике — слишком вычурную и броскую для скромного вкуса Селены.
— Интересно, — пробормотал я, подходя к столику.
Сумочка явно принадлежала суккубу. Такой аксессуар больше подходил опытной соблазнительнице, чем благородной наследнице. Я открыл её и обнаружил несколько флаконов с яркими духами, серебряное зеркальце и… сложенный пергамент.
Развернув его, я увидел карту окрестностей Калверии с отмеченным красными чернилами храмом. Рядом стояла дата — сегодняшняя — и время: полночь. А на обороте — записка, написанная угловатым почерком:
«Жертва уже доставлена в назначенное место. Убедитесь, что все готово к нашему представлению. Не привлекайте внимания к себе и не покидайте комнату до условленного сигнала. А.»
— Сукин сын, — прошептал я. — Архип действительно планирует сделать это сегодня. И суккуб должна была просто отвлекать внимание, пока они готовятся к ритуалу.
Как хорошо, что они тупые и расписали всё это для нас. Хоть какая-то польза от того что я в исекае. Шаблоны на каждом углу, только успевай замечать…
Я повернулся к сиру Григору:
— Мы должны немедленно отправиться к храму. Если суккуб не соврала, времени в обрез.
— Что с демоницей? — спросил призрак, кивнув в сторону сундука.
— Разберёмся с ней позже, — отрезал я, пряча записку за пазуху. — Сейчас важнее спасти Селену.
Время ещё раннее. Демонический прорыв, скорее всего, начнётся ближе к ночи — это куда логичнее. Большинство бойцов в это время либо спит, либо расслаблено после дежурств, да и гражданские в такие часы наиболее уязвимы.
— Сейчас снова сделаю тебя невидимым, — сказал я, бросив взгляд на сира Григора. — Полетишь следом, будешь наблюдать за обстановкой. Только прошу, без самодеятельности, ладно?
— А когда это я…?
— Когда вырубил демоницу раньше времени, — напомнил я сухо.
Я активировал способность — и фигура призрака растворилась в воздухе, оставив после себя лишь лёгкое мерцание, исчезающее с каждой секундой.
Мы покинули замок, стараясь не попадаться на глаза стражам, и поспешно направились в сторону заброшенного храма. Ну, я — направился, а сир Григор, как водится, не утруждал себя пешими прогулками: он бесшумно скользил вперёд, паря в нескольких метрах над землёй, всё так же крепко сжимая рукоять своего меча.
По мере приближения к храму я заметил необычное оживление. Обычно пустынная площадь перед древним зданием теперь была заполнена стражниками. Я насчитал не меньше десятка вооруженных людей, которые явно не занимались обычным патрулированием.
Укрывшись за углом соседнего здания, я наблюдал неприятную сцену: стражники грубо выгоняли нищих и бездомных, которые обычно находили приют в стенах храма. Один из воинов толкнул старика так, что тот упал, больно ударившись о землю. Другой стражник схватил за волосы женщину, которая не успела собрать свои скудные пожитки.
— Приказ советника! — рявкнул капитан стражи. — Никого в радиусе ста шагов от храма! Кто попробует вернуться — в темницу на месяц!
Мое сердце ускорило ритм от гнева, но я сдержался. Сейчас было не время для открытого конфликта. Важнее понять, что происходит внутри храма.
И тут я увидел её — Аврелию, стремительно приближавшуюся к группе стражников. Её золотистые волосы развевались на ветру, словно знамя перед битвой, а руки были сжаты в кулаки — не от страха, а от ярости, накрывшей её с головой.
Что она здесь делает⁈ Судя по решимости, сверкавшей в её взгляде, кто-то очень скоро пересмотрит свои жизненные приоритеты.
Я понял, что нужно действовать быстро. Если стражники служат Архипу, они не постесняются схватить или даже убить Верховную Жрицу. Я выскочил из укрытия и, стараясь двигаться между домами, обогнул площадь, чтобы перехватить Аврелию прежде, чем она выйдет на открытое пространство.
Когда она проходила между двумя заброшенными домами, я выскочил из-за угла и закрыл ей рот рукой, затаскивая в тень. Она попыталась вырваться, но я шепнул:
— Это я! Тише!
Глаза Аврелии расширились от удивления, но она тут же расслабилась. Я убрал руку, и она повернулась ко мне:
— Саш? Что ты здесь делаешь?
— Я мог бы спросить тебя о том же, — тихо ответил я, оглядываясь, чтобы убедиться, что нас не заметили. — Ты же должна была идти к сапожнику с Эриком.