— Что ещё?
— Он обмолвился, что верховный жрец уже направил гонцов в другие храмы и ордена. Кажется, они готовятся к чему-то… масштабному.
Наш разговор прервал оглушительный гонг, сигнализирующий об окончании обеденного перерыва.
— Время ковать железные мышцы! — прогремел голос Брата Торвальда. — Все в большой зал! Сегодня у нас занятия с холодным оружием!
— Наконец-то что-то интересное, — усмехнулся я, вставая.
Тренировки с оружием были моими любимыми. Тут уже дело было не просто в силе, но и в технике, скорости, стратегии. Я быстро обнаружил, что имею к этому природный талант, и на фоне даже самых опытных монахов выглядел весьма достойно. Конечно, Брат Торвальд объяснял это «благосклонностью Анатолия», но я-то знал, что дело в моём статусе попаданца и, возможно, благословении некоторых богов.
Большой тренировочный зал, высеченный прямо в скале, представлял собой впечатляющее зрелище. Древние колонны поддерживали высокий потолок, с которого свисали массивные цепи с кольцами для подтягиваний. По периметру стояли разнообразные снаряды для истязания человеческого тела, от простых штанг до загадочных конструкций, состоящих из канатов, блоков и грузов, предназначение которых мог понять только истинно верующий в Анатолия.
Сегодня центр зала был очищен от обычного оборудования. Вместо этого на каменном полу лежали аккуратные ряды оружия — мечи разных размеров и форм, дубины, копья, топоры, кинжалы. Всё оружие было тренировочным, затупленным, но изготовленным с таким весом и балансом, как будто это были настоящие боевые инструменты.
— Послушники! — обратился к нам Брат Максимилиан. — Сегодня мы продолжим осваивать искусство боя. Помните, что тренированное тело — это лишь сосуд для боевого духа. Без умения направить свою силу против врага, все ваши мышцы бесполезны!
Я выбрал двуручный меч — оружие, с которым чувствовал себя наиболее комфортно и которое больше всего походило на мой Рассекатель Судеб. За полгода тренировок я достиг такого уровня мастерства, который удивлял даже самих монахов.
— Послушник Саша, — кивнул мне Брат Максимилиан. — Сегодня ты будешь спарринговать с Братом Рудгардом.
Рудгард, стоявший неподалёку, расплылся в широкой улыбке. Он выбрал себе массивную боевую булаву — оружие, которое в его руках казалось лёгким как перо, но которое могло разнести в щепки небольшое строение.
— Будет интересно, брат! — воскликнул он, взмахивая булавой для разминки. — Ты сильно продвинулся в технике за последние недели!
— Я учусь у лучших, — ответил я с лёгкой улыбкой.
Мы заняли позиции в центре зала. Вокруг нас образовался круг из монахов, готовых наблюдать за поединком и комментировать нашу технику.
— Начинайте! — скомандовал Брат Максимилиан, и Рудгард немедленно бросился в атаку.
Булава описала широкую дугу, целясь мне в бок. Полгода назад я бы просто отпрыгнул, уйдя от удара. Но теперь у меня был опыт. Я знал, что Рудгард рассчитывает именно на это. Поэтому вместо отступления я сделал шаг вперёд, под угол атаки, встретив рукоять булавы своим клинком.
Раздался глухой стук металла о металл. Рудгард удивлённо моргнул, не ожидав такого хода. Воспользовавшись его замешательством, я провернул меч, заставив булаву отклониться в сторону, и сделал выпад, целясь в открывшееся плечо.
Но Рудгард был слишком опытен, чтобы попасться на такой простой приём. Он ушёл от удара, крутанувшись с удивительной для его массивного тела грацией, и контратаковал серией быстрых ударов.
Я парировал, блокировал, уходил с линии атаки. Каждое движение было выверенным, каждый шаг имел цель. Наши тренировочные бои уже не были похожи на неуклюжие махания железом, как в первые недели. Теперь это был настоящий танец — смертельно опасный, если бы оружие было заточено.
— Хорошо, очень хорошо! — комментировал Брат Максимилиан. — Послушник Саша, отличное использование инерции противника! Брат Рудгард, превосходная работа ног!
Поединок продолжался несколько минут — невероятно долгое время для боя с тяжёлым оружием. Мы оба покрылись потом, дыхание участилось, но ни один не собирался уступать.
В какой-то момент Рудгард сделал особенно мощный замах, вложив в него всю свою недюжинную силу. Я увидел в этом возможность. Вместо того чтобы парировать, я нырнул под удар, оказавшись в слепой зоне Рудгарда, и приставил кончик меча к его шее.
— Касание! — объявил Брат Максимилиан. — Победа за Послушником Сашей!
Рудгард, вместо того чтобы расстроиться, расхохотался и крепко обнял меня, едва не сломав ребра.
— Отличный бой, брат! — воскликнул он. — Ты становишься опасным противником!