Ныть я не собиралась — альтернатива этому вынужденному походу меня не радовала, так что я только стискивала зубы, да обещала сама себе, что как только доберусь до Симцова…
Если хотя бы часть моих пожеланий сбудется, и подполковнику, и тем, кому он служит, мало не покажется.
— Игнат! — оглянувшись, рыкнул Георгий.
Игнат чуть заметно улыбнулся, поддерживая, и отступил, заняв свое место у меня за спиной.
И вновь… кочки, трава, ветки. Отражение деревьев в прозрачной воде.
Над нами орали на все голоса птицы. Летали с ветки на ветку, «переговаривались», угрожающе хлопали крыльями, тревожились.
Время от времени в их крики вплеталось смачное кваканье лягушек и какое-то странное уханье. Как если бы жаловался кто-то большой, но невидимый.
А потом они вдруг замолкали все разом, и вот тогда становилось… нет, не страшно, просто не по себе, словно тебя неожиданно вырывали из привычного окружения и оставляли один на один с новой реальностью.
К счастью, секунды тишины долго не тянулись. Обрывались резко, чтобы все вокруг вновь наполнилось птичьим гомоном и кваканьем.
Дважды я видела лосей. Один из них не обратил на нас никакого внимания, продолжая тереться лохматым боком о старую, покрытую щербастой корой ель.
А вот второго мы явно заинтересовали. Он стоял в мелколесье — огромный исполин с большими развесистыми рогами, и наблюдал за нами, совершенно не пугаясь присутствия людей.
Еще были ежи. Белки. И — лиса. Но все это пока могла замечать происходящее вокруг.
Затем мне стало не до того, чтобы смотреть по сторонам. Только себе под ноги.
— Привал пять минут…
Я — машинально, сделала еще несколько шагов и, слепо уперлась во вставшего у меня на пути Стаса.
Там, откуда мы шли, завыл волк. Чуть в стороне ему вторил другой…
Волки выли и до этого, но сейчас их песня звучала значительно ближе.
— Не отстают, твари… — буркнул, проходя мимо, Григорий.
Говорил не про зверей. Про людей, что продолжали идти за нами следом.
— Устала? — обхватив меня руками, тихо спросил брат.
Я только вздохнула.
Травяной настой тети Гали помогал. Увы, ненадолго. Усталость после сложного поиска никуда не делась. И не денется, пока я не смогу нормально отдохнуть.
И все-таки с ним было лучше, чем без него. Если бы не мама Андрея, я бы, скорее всего, двигаться уже не могла.
— Устала, — честно призналась я. — Но это ничего не значит.
— Знаю, — хмыкнул мне в макушку Стас. — Скоро включится второе дыхание…
— Ну-ну… — пусть и через силу, но засмеялась я. — Я помню, нам на физкультуре тоже так говорили.
— Все будет…
— Игнат ответь…
Стас отпустил меня еще до того, как раздался голос, когда неожиданно зашелестело, не вписываясь в ставшие уже привычными звуки.
Отпустил, тут же направившись к Игнату.
— Ответил, — достав рацию, отозвался Игнат. Поднялся с земли — до этого сидел, откинувшись на ствол дерева.
— Двое трехсотых. Группа разделилась. Симцов и егерь отстали. Пятеро продолжают идти, как по маяку. Ты там у Григория спроси, не за ним ли тянутся? И еще, все бойцы накачаны чем-то, прут, как лоси. Ускорьтесь. Отбой.
— Отбой, — отозвался Игнат и посмотрел сначала на нас, потом на егеря.
Тот задумчиво нахмурился. Потом качнул головой…
А вот Стас неожиданно подобрался. Опустил голову, словно что-то разглядывал под ногами. Потом поднял ее, посмотрел на меня, на Игната, на ставшую уже практически незаметной тропинку, по которой мы шли и, кивнув сам себе, направился к Григорию.
— Рация с собой? — поинтересовался он, подойдя.
Тот кивнул, достал рацию из внутреннего кармана куртки. Протянул Стасу, но не отдал, выругавшись вместо этого:
— Твою…
— Радиомаяк? — добавился в их компанию Игнат.
— А я, дурень старый, даже не вспомнил… — Григорий стиснул зубы так, что те даже заскрипели.
— А ларчик просто открывался… — мрачно протянул Стас.
Продолжая о чем-то настойчиво думать, дошел до ближайшего дерева. Пробил двоечку. Потом еще одну…
Вздохнув, развернулся. Посмотрел на меня — мне уже не нравилось то, что он надумал. Помолчал, что-то взвешивая.
— Ты помнишь, что за нее… — повернувшись к Игнату, начал он, все-таки решившись.
Внутри у меня дернулось — поляна, лежавший на ней Стас, но сразу отпустило. Будь это тот самый случай, дернуло бы тревогой, но та вела себя ровно, намекая, что время для кардинальных моментов еще не наступило.
А тут вступил и Григорий:
— Подожди, — оборвал он Стаса. Спокойно, словно не он пару минут назад не сдерживал рвавшуюся из груди ярость. — Есть другой вариант.