Посмотрел наверх… Там все сплошняком заросло кустарником. Как и склоны, не сказать, что очень крутые, но просто так не спуститься.
— Что ты задумал? — хмуро взглянула я на брата, чувствуя, как державшаяся на одном уровне тревога всколыхнулась, потянувшись от желудка к сердцу.
— Насколько я помню карту, впереди — река? — проигнорировал мой вопрос Стас, обратившись к Григорию.
— Правильно помнишь, — как-то… насупившись, ответил он. — По самому берегу не везде пройти можно, но держать, как ориентир, вполне. Как раз до дальнего кордона.
Стас никак не прокомментировал его слова. Отошел обратно к кустам, обхватив лицо ладонью, пальцами потер виски.
Когда опустил руку, посмотрел на меня, на Игната.
— Почему ты сказал, что обходить далеко? — перевел взгляд на Григория.
Тот с ответом не задержался:
— Метров через сто справа будет отвершек, боковое ответвление, — пояснил он для забывших, что это такое, — вот он уйдет далеко в лес. А сам овраг прямо к реке и выведет.
— И далеко уходит отвершек? — задал Игнат следующий вопрос, явно над чем-то раздумывая.
— Метров четыреста и вглубь леса. Где-то треть — бурелом и много валежника. Пройти можно, но надо знать, как.
— И ты — знаешь, — не спросил — подтвердил Игнат.
Григорий только ухмыльнулся. Мол, нашел, о чем спрашивать.
Мне же с каждой их фразой становилось все страшнее. И перед глазами вновь та картинка: небольшая поляна и лежавший на траве Стас…
— Уходите, — неожиданно подал голос Игнат. — Я их здесь задержу. Место действительно хорошее.
Григорий только качнул головой, словно говоря — нет. Стас ухмыльнулся. Не насмешливо — зло.
Я же хотела закрыть глаза и не видеть.
Не видеть и не понимать того, что происходило.
— Нет, братишка, — несмотря на ухмылку, в голосе брата не было недовольства, только спокойная уверенность. — Твоя подготовка неплоха, но не для этой задачи. Так что…
— Мы, остаемся, — не дал ему закончить Григорий. — По берегу не идите, — развернулся он к Игнату, — держитесь так, чтобы не заметили с воды.
— Нет… — качнула я головой, едва ли не умоляюще глядя на брата.
Тот словно и не заметил моего взгляда, продолжал осматриваться.
А Григорий все инструктировал Игната:
— Из крупных вы вряд ли кого встретите, но по сторонам все равно смотрите. И под ноги.
Игнат кивнул — про змей егерь напоминал не раз, да и про зверье — тоже, но сейчас это звучало как-то иначе.
Пока мы были с ним…
Он знал здесь всех, и все знали его. И это действительно было защитой. Нам же предстояло остаться одним…
Беспомощная трусливая болонка!
Все было не совсем так. Я не боялась остаться одна, я боялась остаться без Стаса.
— Возьми, — пока я развлекалась рефлексиями, Игнат достал из кобуры Макаров и запасную обойму, и протянул Стасу.
— Оставь, — качнул головой брат. И добавил, как припечатал: — Ты все помнишь.
— Можешь не повторяться, — огрызнулся Игнат, убирая пистолет в кобуру. — Аня… — позвал он меня.
Я не хотела уходить…
Я прекрасно понимала, что у брата не осталось других вариантов, чтобы защитить меня. И от этого было… нет, не больно — зло!
У меня имелась возможность стать сильнее, но я скорее игралась в ищейку, чем реально становилась ею.
Расплата при таком раскладе была неизбежна!
Но я даже подумать не могла, что ценой моей слабости может стать жизнь брата.
— Попробуй только не вернуться! — исподлобья посмотрела я на Стаса. Единственное, на что оказалась способна.
Тот улыбнулся… легко, спокойно:
— Спасибо за мотивацию, — подмигнул он мне и, тут же став серьезным, не попросил — приказал: — Уходите!
Оглядываться я не стала. Как и Игнат.
Мы просто, молча, ушли.
То ли к свободе, то ли к ее отсрочке.
До реки добрались без проблем. Если не считать проблемой мокрые ноги и ставшую уже привычной запредельную усталость.
По берегу, как и предупредил Григорий, не пошли, предпочли край леса. Пусть деревьев и много, но таких зарослей кустарников, как в овраге, не было.
Шли медленно — силы, что появились, пока связывала себя и волков, быстро иссякли.
Слишком мало их было.
Я двигалась первой, как попросил Игнат, глядя себе под ноги, чтобы не только не споткнуться, но и не потревожить змею, если вдруг такая появится. Сам же Игнат не просто шел следом, отслеживал все вокруг.
Отдыхали часто, едва ли не каждые минут десять. Игнат мог бы идти быстрее…