— Тогда меня интересует, кто ты? — решил он зайти с главного.
Мысли на этот счет имелись — повадки, манеры, ощущения, что пусть мир и другой, но шкура знакомая… Четкой картинки не было, но «конторой» не пахло — воняло. Схожие задачи рождали схожие сценарии их решения.
Этот «хмык» Евы был не столько насмешливым, сколько уважительным. Ну и утвердительным. Мол, в точку.
Но без комментариев не обошлось. Пусть он и не просил.
— Я действительно ищейка, — даже несколько расслабилась она. — А еще, если следовать более привычной для вас терминологией, маг, со склонностью к пространственным переходам и иллюзиям. Остальное — так, по мелочи.
— Что значит — ищейка? — после недолгого молчания, которое ушло на возврат на трассу, уточнил он.
Ева слегка замялась. Даже поморщилась.
Этого хватило, чтобы не рассчитывать на ответ, но Ева все-таки заговорила:
— Сложно объяснить, — на мгновение оглянувшись — вторая машина шла, как привязанная, вздохнула она. — Запредельное чутье. На людей, на опасность, на возможные события и угрозы. Возможность чувствовать таких же, как мы. Ну и поиск. По оставленным на предметах или в памяти слепкам и призрачным следам.
Она помолчала, потом дернула плечом, словно давая понять, что все это не просто.
С впечатлением он не ошибся:
— Там слишком много всего. Пока полностью не погрузишься в это дело, не разберешься.
Игнат сделал пометку в памяти — было похоже на намек, но спросил о другом:
— А Анна?
С женщинами он сходился легко, но тяжело. Легко знакомился, легко завязывал легкие отношения, нередко переходящие в статус «завтрак после…», но тяжело впускал в душу.
И не бывшая жена была тому причиной. Когда был свидетелем настоящих отношений мужчины и женщины — а брак родителей сложился именно таким, сразу чувствуешь фальшь.
Анна его интересовала. И не только, как человек, обладающий необычными способностями.
— Извини, — вполне по-человечески развела Ева руками, — но об Анне узнавай у самой Анны. Это уже не мои тайны.
— Но ты ведь не сама по себе? — принял он ее ответ. — Ты ведь в структуре?
На этот раз она не хмыкнула — хохотнула. Но тоже получилось со смыслом. Мол, пострел, везде поспел…
— А я в тебе не ошиблась, — вновь оглянулась она.
— Тебя что-то беспокоит? — тут же насторожился он. Про чутье не забыл.
— Парни волнуются, — посмотрела она на него. — Скажи им, что все в порядке.
Спорить и убеждать, что волнение и выполнение приказа — разные вещи, Игнат не стал. Если Ева считала, что так лучше…
Внутренне усмехнувшись — доверие к женщине чужого мира тоже можно было отнести к странностям, но рацию взял.
— Второй, второй, первому. Доложитесь…
— Первый, я второй, следуем за вами, — тут же отозвался старший отправленной с ними команды. — Идем чисто.
— Принято, второй, идем чисто. Не расслабляйтесь.
— Принято, первый. Не расслабляемся.
Он отбросил рацию на торпеду, кинул быстрый взгляд на панель навигатора.
Заброшенный химический завод они уже объехали. Если он правильно понял замысел Евы, в окрестности Рошаль должны были попасть со стороны Дмитровского погоста.
— Да, в структуре, — подтвердила Ева, не затянув повисшую паузу. — У вас, таких, как мы, называют охотниками за головами. Разыскиваем преступников. И не только своих, есть связи и с другими мирами, с которыми взаимодействуем.
— И наш в списке возможных контактов, — скорее констатировал, чем уточнил Игнат.
Искоса посмотрел на сидевшую справа женщину. Внешность необычная, но до экзотики, чтобы откровенно выделяться в толпе, не дотягивала. Не в их стране, где каких только кровей не намешано. Если только не оказаться в такой ситуации, как эта, не наткнуться на жесткий, уверенный взгляд, не увидеть, как владеет собственным телом, да не оценить, как вписывается в предложенные обстоятельства, без труда перехватывая управление ими.
Да и этот разговор, в котором четко читались реверансы в его стороны, намекая на определенную благосклонность…
Могло ли это быть вербовкой?
С его точки зрения — вполне. Для подобной степени откровенности, даже с учетом наложенных ограничений, требовались особые причины.
Совместная работа таковой однозначно являлась.
— И наш — в списке возможных контактов, — повторил он уже тверже.
Отрицать сказанного Ева не стала. Как и убеждать в том, что ошибся. Чуть подавшись вперед, прищурилась, словно выглядывая что-то в темноте, до которой не добирался ближний свет фар.